— Артём, я же предупрежд…
«Складывай вещи», — холодно произнесла свекровь, а муж не сказал ни слова. Веру вместе с грудной дочерью выгнали из квартиры так, словно она была ненужной помехой, которую давно следовало убрать. Она не устроила истерику, не стала просить и унижаться. Лишь пообещала, что никогда не забудет этот вечер. Спустя несколько лет в дверь её собственного дома постучат люди, однажды безжалостно её предавшие.
Вера стояла возле плиты и медленно размешивала суп, когда позади послышались тяжёлые, уверенные шаги. На кухню вошла Галина Сергеевна. Она с демонстративной тщательностью провела пальцем по столешнице, затем подняла руку к лампе, внимательно рассматривая кожу. Палец оставался совершенно чистым, но выражение лица свекрови всё равно было недовольным.
— Вера, сколько раз тебе повторять, что суп должен томиться на слабом огне? Ты вообще умеешь готовить или способна только целыми днями смотреть в телефон?
— Галина Сергеевна, я пользуюсь рецептом моей бабушки. Ещё минут двадцать — и всё будет готово.
— Бабушкиным рецептом, значит. Вот моя бабушка действительно умела варить борщ. Такой борщ, что ложка стояла. А у тебя получается одна подкрашенная вода. Артём до свадьбы ел как нормальный человек, пока ты в его жизни не появилась.
Вера ничего не ответила. Полтора года назад, выходя замуж за Артёма, она была уверена, что проживание с его родителями продлится максимум несколько месяцев. «Немного потерпи, — убеждал её муж, — совсем скоро мы снимем или купим собственное жильё». Однако месяцы незаметно превращались в полугодия, а затем время начало измеряться уже годами.
Тем же вечером, когда Галина Сергеевна отправилась в гости к соседке, Вера присела рядом с мужем. Артём бездумно листал ленту в телефоне, как обычно отгородившись от происходящего вокруг.
— Артём, нам действительно пора искать отдельное жильё. Пусть небольшое, хотя бы однокомнатное. Я уже нашла несколько вариантов аренды, цены там вполне приемлемые.
— Верочка, давай только не сегодня. Мама расстроится. Она останется здесь одна с отцом, а у него снова проблемы со спиной.
— Твой отец каждые выходные ходит на рыбалку и носит за плечами десятикилограммовый рюкзак. О какой больной спине ты говоришь? Нам необходимо жить самостоятельно.
— Ты просто не понимаешь. Здесь всё гораздо запутаннее.
— Тогда объясни, что именно здесь настолько сложно.
Артём наконец оторвался от телефона, виновато взглянул на жену и едва заметно пожал плечами. Этот жест Вера успела увидеть уже сотни раз. Он всегда означал одно и то же: «Я не хочу ничего решать и не собираюсь вмешиваться».
На следующий день ей позвонила Наташа. Они дружили с четырнадцати лет, и подруга никогда не старалась заворачивать правду в красивую упаковку.
— Вер, я правильно поняла, что вы всё ещё живёте в квартире его матери?
— Да. Артём говорит, что скоро всё уладит.
— Он обещает это уже полтора года. Послушай меня внимательно: тобой просто пользуются. Ты ведёшь их хозяйство, готовишь еду на четверых, моешь, убираешь, стираешь, а в ответ ещё получаешь замечания за каждую мелочь.
— Наташ, нельзя же сразу всё рушить. Я стараюсь сохранить семью.
— Чью семью ты сохраняешь? Их, Вера. Не свою.
В горле снова появился знакомый болезненный комок, но Вера не позволила себе расплакаться. Она продолжала верить, что требуется ещё немного терпения. Ещё совсем чуть-чуть — и Артём наконец наберётся смелости. Ведь возле загса он обещал ей, что их совместная жизнь будет совершенно иной. Спокойной, счастливой и совсем не похожей на ту, в которой она оказалась.
После рождения Сони Вера надеялась, что появление внучки изменит отношения в доме. Ей казалось, что Галина Сергеевна станет мягче, когда возьмёт на руки маленькую девочку. Что Артём почувствует себя настоящим отцом, осознает ответственность и начнёт принимать самостоятельные решения.
Но всё произошло ровно наоборот. Свекровь стала ещё требовательнее и придирчивее.
— Ребёнок каждую ночь кричит, я совершенно не высыпаюсь. Ты не можешь её нормально успокоить?
— Галина Сергеевна, Соне всего два месяца. Младенцы часто плачут по ночам.
— Мои дети ночами не кричали. Потому что я умела их воспитывать. А ты трясёшься над ней, словно она стеклянная, но никакого результата всё равно нет.
— Я делаю всё, что в моих силах. Я сплю максимум по три часа.
— В твоём возрасте я спала ещё меньше, работала, воспитывала детей и содержала дом в идеальном порядке. И ни разу не жаловалась.
Вера молча покинула кухню. Соня мирно лежала в кроватке — маленькая, тёплая, с нежно-розовыми щёчками. Мать наклонилась над дочерью и едва слышно прошептала: «Мы обязательно справимся. Что бы ни случилось».
Примерно через месяц Артём лишился работы. Вернувшись домой, он выглядел бледным и уставшим. Муж опустился на диван и сообщил новость таким спокойным голосом, будто пересказывал прогноз на ближайшие выходные.
— Меня сократили. Наш отдел полностью закрыли. Теперь будем думать, что делать дальше.