Потом легла на кровать и долго смотрела в потолок. За дверью доносились голоса — Игорь и Марина снова сидели вместе.
О чём они говорили теперь? Обо мне? О моём странном молчании?
Пусть говорят.
Скоро у них появится куда более серьёзный повод для разговоров.
Утром пришёл ответ от юриста.
«Записала вас на среду, 16:00. Адрес ниже. Возьмите паспорт, свидетельство о браке, документы на квартиру, если они есть».
Среда. Послезавтра.
Игорь ушёл на работу. Я сказала, что плохо себя чувствую, и осталась дома. Достала из шкафа документы.
Свидетельство о браке лежало в красной потёртой обложке. Девятнадцать лет назад мы расписались. Я была в белом платье, он — в костюме. Мы улыбались так, будто впереди у нас только счастье.
Тогда казалось — навсегда.
«Не понимаю, зачем терплю».
Я сфотографировала свидетельство на телефон. Потом документы на квартиру. Сохранила всё в облако и продублировала на флешку. На всякий случай.
Среда наступила быстро.
Игорю я сказала, что еду к подруге.
Он даже не поднял на меня глаз, листал что-то в телефоне.
— Когда будешь?
— К вечеру.
— Хорошо.
Он даже не спросил, к какой именно подруге. Ему было всё равно.
Офис юриста находился в обычном жилом доме. Третий этаж. Небольшая табличка на двери: «Семейное право. Консультации».
Я нажала на звонок. Дверь открыла женщина в строгом костюме. Седые волосы были собраны в аккуратный пучок. Глаза усталые, но внимательные.
— Оксана?
— Да.
— Проходите. Я Анна Сергеевна.
Кабинет был небольшой: стол, два кресла, шкафы с папками, окно во двор. Пахло бумагой и кофе.
— Садитесь. Рассказывайте.
Я рассказала коротко.
Вернулась за зонтом. Услышала разговор. Муж с сестрой обсуждали меня. Он сказал, что я поправилась, что я ною, и что он не понимает, зачем терпит меня.
Анна Сергеевна слушала спокойно. Не перебивала. Иногда делала пометки.
— Сколько лет вы в браке?
— Девятнадцать.
— Дети есть?
— Сын. Ему двадцать шесть. Живёт отдельно.
— Квартира?
— Оформлена на мужа. Купили двенадцать лет назад, уже в браке.
— Тогда по закону половина принадлежит вам. Накопления есть?
— Да.
— Примерно какая сумма?
Я назвала цифру.
Она кивнула.
— Откройте личный счёт. Лучше в другом отделении банка. Но со совместного счёта пока ничего не переводите. Иначе потом могут заявить, что вы скрывали или выводили деньги. Сначала зафиксируйте баланс. Возьмите выписку, сделайте скриншоты, сохраните всё.
Она говорила без эмоций, деловым тоном.
— Сделайте копии всех важных документов: свидетельство о браке, документы на квартиру, банковские выписки. И спрячьте их не дома. У подруги, у сына, где угодно.
— Зачем?
— Чтобы он не смог их уничтожить, если поймёт, что происходит. Когда дело касается денег, люди иногда ведут себя неожиданно.
— И подавайте заявление внезапно.
— Внезапно? — переспросила я.
Я нахмурилась.
— Почему именно так?
––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––
Анна Сергеевна сняла очки и внимательно посмотрела на меня.
— Потому что, Оксана, пока человек уверен, что всё под контролем, он ведёт себя спокойно. Но как только понимает, что речь идёт о квартире, деньгах и разделе имущества, он может стать совсем другим.
Я молчала.
— Я много лет этим занимаюсь, — продолжила она. — Видела, как люди за несколько дней превращались в чужих. Выводили деньги, переписывали имущество на родственников, блокировали доступ к счетам.
— Игорь не такой, — сказала я автоматически.
Юрист едва заметно улыбнулась.
— Так говорят почти все.
Эта фраза будто застряла у меня в голове.
Когда я вышла на улицу, было холодно и ветрено. Я шла к остановке и думала о том, что впервые за девятнадцать лет делаю что-то важное без ведома мужа.
И, как ни странно, это придавало сил.
Дома было тихо. Игорь ещё не вернулся.
Я сразу села за компьютер. Открыла интернет-банк. Сердце билось быстрее обычного, хотя я всего лишь смотрела на цифры.
На нашем совместном счёте лежали деньги, которые мы копили несколько лет. «На будущее», как всегда говорил Игорь.
Я сделала скриншоты. Скачала выписку. Сохранила всё на флешку.
Потом снова достала документы на квартиру.
Когда-то мы выбирали её вместе. Я помнила тот день очень ясно. Мы стояли на балконе, смотрели во двор.
— Представляешь, — говорил Игорь. — Сделаем ремонт, купим нормальную мебель. Всё будет как надо.
Тогда я ему верила.
Теперь этот балкон казался не воспоминанием, а частью имущества.
Вечером Игорь вернулся домой в хорошем настроении. С порога начал рассказывать историю про коллегу.
Я слушала и смотрела на него иначе.
Будто на незнакомого человека.
— Кстати, — сказал он между прочим, — Марина завтра заедет. У неё опять какие-то проблемы с машиной.
Внутри у меня всё холодно сжалось.
— Понятно.
— Ты не против?
— Нет.
Я ответила спокойно. Но в голове появилась новая мысль.
Если Марина так любит обсуждать мою жизнь, интересно, как она отреагирует на развод?