— Хорошо. Заберу у неё ключи от твоего дома.
Арина никак не прокомментировала поправку.
Для неё она значила больше, чем очередное «прости».
На следующее утро Лидия Васильевна решила перейти в контратаку. Позвонила сыну, расплакалась, рассказывала, что всю ночь не могла уснуть, что подскочило давление, а городские соседи уже спрашивают, почему она внезапно вернулась.
Вадим выслушал всё, но забирать её обратно не поехал. После работы приехал в квартиру матери, привёз продукты, проверил таблетки, уточнил дату следующего визита к врачу.
Затем сказал:
— Мам, отдай ключи.
— Какие ещё ключи? — сразу насторожилась Лидия Васильевна.
— От дома Арины.
— А зачем? Пусть у меня будут. В жизни всякое может случиться.
— Они тебе больше не понадобятся.
— Вот, значит, чего она добивалась.
— Мам, пожалуйста, не начинай снова.
Отдавать ключи Лидия Васильевна не торопилась. Сначала рылась в сумке, потом проверяла карманы, затем заглядывала в ящики. Уверяла, что, вероятно, забыла их где-нибудь, что в её возрасте память уже не та и вообще нельзя от пожилого человека требовать помнить каждую мелочь.
Вадим не спорил.
Просто стоял и ждал.
Спустя двадцать минут связка неожиданно обнаружилась в кошельке.
Вечером Вадим положил ключи перед женой.
— Забрал.
Арина взяла их и убрала в ящик.
— Хорошо.
— Может, всё равно замки поменяем?
— Завтра вызову мастера. Ничего сложного. Просто заменим личинки.
— Давай я оплачу.
— Нет. Это мой дом, поэтому я сама решу вопрос.
Вадим уже собирался возразить, но вовремя передумал.
Арина это заметила.
Несколько дней по посёлку продолжали ходить разговоры. Раиса Семёновна сначала старалась не попадаться Арине на глаза, однако вскоре всё-таки подошла возле магазина.
— Ариночка, неудобно получилось. Я ведь действительно ничего не знала.
— Теперь знаете.
— Просто Лида так убедительно всё рассказывала.
— Убедительная речь не превращает ложь в правду.
Раиса Семёновна быстро закивала. Вид у неё был как у человека, которому только что преподали неприятный, но вполне заслуженный урок.
Через неделю Арина снова встретилась с Жанной. Та приезжала к Вадиму, чтобы обсудить дела его матери. Теперь Лидия Васильевна звонила родственникам выборочно, однако содержание жалоб изменилось. Про голод она больше не упоминала.
Теперь свекровь рассказывала всем, что её невестка «слишком жёсткая и принципиальная».
Звучало уже гораздо менее впечатляюще.
— Она говорит, что ты буквально выставила её за дверь, — заметила Жанна.
— Так и было.
Жанна удивлённо посмотрела на неё.
— И тебя это вообще не мучает?
— Нет. Она находилась у меня временно и нарушила наши договорённости. Я не обязана терпеть ложь только ради того, чтобы окружающим казалось, будто у нас идеальная семья.
— Знаешь, раньше мне казалось, что ты чересчур жёсткая.
— А сейчас?
— Сейчас думаю, что моей Светке стоило бы у тебя поучиться ещё до свадьбы.
Арина усмехнулась.
— Жёсткость без здравого смысла превращается в обычную скандальность. А один здравый смысл без способности поставить границу заканчивается вечным терпением. Нужны обе вещи.
Вадим, находившийся в коридоре, услышал эту фразу. Потом ещё долго прокручивал её в голове.
Наверное, именно тогда он окончательно осознал, с каким человеком связал жизнь.
Арина не относилась к тем женщинам, которые будут годами молча терпеть, улыбаться и надеяться, что однажды их доброту оценят. Она могла ухаживать за больным человеком, готовить отдельные блюда, покупать лекарства, сопровождать к врачу, внимательно следить за режимом.
Но всё это вовсе не означало разрешение безнаказанно поливать её грязью.
В конце августа Лидия Васильевна снова появилась в посёлке. На этот раз не с вещами — Вадим вёз мать на приём к врачу, а после решил заехать домой. У Лидии Васильевны была банка мёда от знакомой, которую она зачем-то хотела передать Арине.
Сначала свекровь категорически не собиралась выходить из машины. Однако через несколько минут всё же поднялась к крыльцу.
Арина в это время поливала цветы во дворе. Она была в лёгких брюках и майке, волосы собраны на затылке. Выглядела совершенно спокойно.
— Здравствуйте, Лидия Васильевна.
— Здравствуй, — сухо ответила женщина.
На несколько секунд все замолчали.
Вадим стоял рядом и явно готовился в любой момент вмешаться, но Арина даже не повернула голову в его сторону.
Лидия Васильевна протянула банку.
— Вот. Это тебе.
— Спасибо.
— Только я не думай, не извиняться приехала, — поспешно добавила свекровь.
— Я и не рассчитывала.
Лидия Васильевна нахмурилась.
— Но про то, что меня голодом морили, я больше никому не рассказываю.
— Правильное решение.
— Родственники теперь при каждом разговоре мне ту еду припоминают.
— Неприятно, когда другие обсуждают, что и сколько ты ешь, не правда ли?
Свекровь прищурилась.
На мгновение казалось, что ещё секунда — и начнётся новая ссора. Но вместо этого Лидия Васильевна неожиданно коротко фыркнула.