Я аккуратно поставила кружку на стол, стараясь не расплескать чай. В висках тяжело стучало.
— Антон, мой бизнес — это не подаренные мне деньги. Это результат моей работы. Я создала его с нуля, пока ты годами продолжал искать своё предназначение. Первоначальный взнос за нашу квартиру тоже внесла я. Ты это забыл? Да, ипотеку оформили на тебя, но деньги были моими. Все эти годы я практически одна содержала нас. А теперь ты хочешь, чтобы я ещё и оплачивала развлечения твоей матери, пока она издевается надо мной?
— Ты должна перед ней извиниться. Продай свои украшения, возьми кредит, придумай что-нибудь. Но завтра эти деньги должны лежать у мамы на столе. Тогда она, возможно, согласится тебя простить. В противном случае мы разводимся.
Я внимательно посмотрела на человека, с которым жила под одной крышей. До этой минуты мне казалось, что Антон просто безвольный и зависимый от матери мужчина. Теперь же стало ясно, что он ещё и расчётлив. Для всей его семьи я давно превратилась в удобный кошелёк. А когда этот кошелёк отказался открываться, они решили вытрясти из него содержимое силой.
— Брачного договора у нас нет, — медленно произнесла я, вспомнив консультацию у юриста, на которую сходила год назад после регистрации своей дизайн-студии. — Однако имущество, принадлежавшее мне до брака, остаётся моим. Ипотечная квартира считается совместной собственностью. Но накопления, предназначенные для развития студии, не являются вашим семейным запасом. Это мои личные средства.
— Да плевал я на твои законы! — взорвался Антон. — Ты просто алчная тварь!
Я не стала отвечать. Молча забрала подушку и ушла ночевать в гостиную. Заснуть мне удалось лишь под утро. А когда после пробуждения я открыла приложение банка, меня будто ударило током. Общий счёт оказался полностью пуст. Исчезли двести восемь тысяч рублей. В истории операций значилось ночное снятие наличных через банкомат. Я ворвалась на кухню. Антон сидел за столом в одних трусах и невозмутимо пил кофе, словно ничего необычного не произошло.
— Куда делись деньги? — закричала я. — Ты снял со счёта всё до последнего рубля?
— Считай это компенсацией, — спокойно ответил он. — Маме теперь требуется лечение. Из-за тебя у неё случился нервный срыв. Часть суммы пойдёт на восстановление здоровья, остальное — за моральные страдания. Не волнуйся, ты ещё заработаешь.
— Ты украл наши деньги, — тихо сказала я. — За это предусмотрена уголовная ответственность.
— Сначала докажи. Мы супруги, бюджет у нас общий. Я имею право им распоряжаться.
Антон допил кофе, взял автомобильные ключи и вышел. Я осталась одна посреди пустой кухни, крепко сжимая телефон. Чтобы принять окончательное решение, мне потребовалось всего несколько минут. Я быстро оделась и отправилась к его матери. За рулём меня трясло, однако мысли оставались удивительно ясными и точными.
Дверь квартиры открыла Лера. Увидев меня на пороге, она недовольно скривила лицо и громко крикнула в сторону гостиной:
— Мам, она всё-таки пришла.
Галина Игоревна сидела в кресле с высокой спинкой, словно на королевском троне. Возле неё стоял Антон с виноватым выражением лица. Свёкор, как всегда, предпочёл спрятаться в одной из дальних комнат.
— Здравствуй, Нина. Пришла просить прощения? — свекровь улыбнулась, но только губами.
— Я требую немедленно вернуть деньги, которые Антон снял с нашего общего счёта, — ровно произнесла я. — Двести восемь тысяч рублей. Если средства не будут возвращены, я подам заявление в полицию.
Галина Игоревна издала неприятный сухой смешок.
— Какая ещё полиция, дорогая? Это деньги моего сына. Он добровольно передал их мне, чтобы я могла восстановить душевное спокойствие после твоего хамского поведения. Попробуй ещё доказать, что эти деньги вообще когда-либо принадлежали тебе. Здесь ты никто. Пустое место.
— Это совместно нажитые средства, — возразила я. — Пусть счёт и оформлен на Антона, но мы состоим в браке. Деньги принадлежат нам обоим.
— Это не брак, а временное сожительство, — отрезала Галина Игоревна. — Ты обычная приживалка. Вот родишь мне внука — тогда, возможно, позволю тебе мыть в доме полы. А пока ты всего лишь обслуживающий персонал, с которым мой сын решил поиграть в семью. Кстати, раз уж пришла, сообщу ещё одну новость. Антоша всё обдумал. Вы будете разводиться. Ипотечная квартира останется ему, потому что именно он указан заёмщиком, а я являюсь поручителем. Твоя доля там практически ничего не стоит. Что касается твоего бизнеса… Мы решили, что ты перепишешь студию на Леру. Это станет твоим извинением за сорванный юбилей.
Я громко рассмеялась. Однако теперь мой смех был не весёлым, а горьким и пугающим. В голове мгновенно сложилась полная картина. Они заранее продумали всю схему. Сначала забрали мои накопления, а теперь намеревались отнять ещё и студию. Мою «Линию света», которую я три года строила практически без сна и выходных, пока Антон лежал на диване и ждал вдохновения.