За столом неожиданно установилась тишина.
Виктор Степанович подошёл к подоконнику, взял коробку и осторожно приподнял крышку.
Долгое время он молча смотрел на миниатюрную копию родного дома.
Затем опустил крышку и поставил подарок на свободный стул.
— Ну, картонный дом, — наконец произнёс он. — Спасибо, конечно.
Спустя двадцать минут Андрей и Нина покинули ресторан.
Когда двери лифта закрылись, Нина осторожно прижалась плечом к мужу.
— Он всё рассмотрел, — тихо сказала она. — Поверь, Андрей, он узнал каждую деталь. Просто не умеет показывать свои чувства иначе.
— Умеет, — возразил Андрей. — Когда дело касается Лены, прекрасно умеет. А для меня даже пытаться не считает нужным.
Часть вторая. Дедушкина квартира
В семье Нины существовала собственная бесконечная история, которая повторялась с завидным постоянством.
Главную роль в ней исполняла её мать, Людмила Аркадьевна. Уже четыре года женщина заводила одни и те же разговоры, словно заученную песню с неизменным припевом.
— Ниночка, когда ты наконец собираешься к дедушке? — поинтересовалась она во время телефонного разговора в четверг. — Он недавно о тебе вспоминал.
— В субботу приеду, — ответила дочь. — Лекарства уже заказаны. Ещё сделала ему специальный календарь с выпуклыми цифрами, потому что зрение у него ухудшается.
— Календарь… — тяжело вздохнула Людмила Аркадьевна. — Лучше бы материально помогала. Вот Юленька, например, ремонт в ванной ему организовала.
— Мам, ты уверена, что Юля заботится о ванной, а не готовит дедушкину квартиру к продаже?
— Как тебе только такое в голову приходит! — возмутилась мать. — Юля старается ради старика. В отличие от некоторых родственников.
Нина слышала подобные обвинения уже столько раз, что легко могла предугадать каждую следующую фразу.
— Мама, на протяжении четырёх лет я бываю у дедушки дважды в неделю. Сопровождаю его к врачам. Покупаю батарейки и меняю их в слуховом аппарате. Помогаю с повседневными делами.
— И какая от этого польза? — недовольно спросила Людмила Аркадьевна. — Посидишь, поболтаешь и уйдёшь. А Юля хоть деньги приносит.
— Только деньги эти дедушкины. Ты ведь знаешь, что он доверил ей свою банковскую карту.
— Научилась чужие средства пересчитывать! — обиженно воскликнула мать. — Знаешь что, дорогая? Я сама поговорю с отцом. Пусть оформит всё имущество на Юлю. И трёхкомнатную квартиру, и загородный домик. Полностью.
— Поговори, если считаешь нужным.
— И тебя это совсем не пугает? — Людмила Аркадьевна явно рассчитывала услышать испуганные возражения. — Останешься ни с чем! Будешь дальше свои книжечки для слепых мастерить. Андрей твой богатства не принесёт. У него и отец такой же бесполезный в этих вопросах.
— Мам, ты людей обсуждаешь или предметы обстановки, которые можно оценить и поделить?
— Я о настоящей жизни рассуждаю! — раздражённо заявила мать. — Юля хоть головой подумала. Мужа у неё нет, зато недвижимость появится. А ты связала судьбу с человеком, который всю жизнь макеты клеит!
Разговор закончился.
Нина отложила телефон, опустилась прямо на пол в прихожей и прислонилась затылком к холодной стене.
Через некоторое время появился Андрей. Он ничего не спросил, просто сел рядом.
— Снова разговор о наследстве, — устало произнесла Нина.
— Пусть оставляет всё Юле, — пожал плечами Андрей. — Мы ведь на это не рассчитываем.
— Да не имущество меня беспокоит. Дедушка! Он же всё прекрасно видит и понимает. Представляешь, недавно говорит мне: «Нинка, чувствую себя мелкой монетой, которой вы все между собой расплачиваетесь».
— Прямо так и сказал?
— Именно такими словами.
Андрей задумался.
— Слушай, придумал кое-что, — сказал он спустя минуту. — Сделаю Петру Ильичу миниатюру его родительского дома в Патрушево. Он столько историй о нём рассказывал! Там ещё был сарай, яблоневый сад и голубятня.
— Дедушка от счастья расплачется.
— Пусть. Слёзы радости ему сейчас нужнее новой плитки в ванной.
В субботу супруги приехали к Петру Ильичу вместе.
Пожилой мужчина встретил гостей в прихожей. На нём была тёплая жилетка, а одной рукой он крепко опирался на трость.
— Добрались, значит, — улыбнулся дедушка. — А я уже вас заждался.
— Добрый день, Пётр Ильич, — Андрей протянул ему руку. — Отец передаёт вам привет. Он до сих пор вспоминает вашу совместную рыбалку.
— Помню его, конечно! — оживился старик. — Уж больно сердитый у тебя отец.
— Бывает, — улыбнулся Андрей.
Они устроились втроём в просторной комнате.
Пётр Ильич увлечённо вспоминал, как в 1968 году собственными руками возводил голубятню. Андрей внимательно слушал, записывая размеры и подробности в блокнот.
Нина время от времени задавала уточняющие вопросы, помогая дедушке сохранять нить воспоминаний.
— Юлька-то вчера наведывалась, — неожиданно сообщил старик. — Не одна. Мужчину какого-то привела. Ходил он по комнатам, стены ощупывал, постукивал. Интересовался, когда дом построили.
— Похоже на риелтора, — предположила Нина.