Павел удивлённо посмотрел на неё.
— А как такое вообще могли пропустить?
— Очень просто. Перед передачей смены Олег угостил подменного кладовщика. Тот решил, что старому знакомому можно доверять.
Светлана вдруг улыбнулась.
Улыбка получилась неприятной.
Почти ледяной.
Олег всегда считал себя умнее окружающих.
Наверняка был уверен, что никто никогда не станет поднимать старую документацию и разбирать коробки, стоявшие в глубине стеллажей.
Он сидел дома, часами играл за компьютером, пока жена соглашалась на дополнительные смены.
Светлана возвращалась домой поздно вечером, иногда почти ночью, проверяла десятки линз подряд, лишь бы денег хватило на продукты, коммунальные платежи и кредит.
Даже её мать, жившая на обычную пенсию, несколько раз незаметно клала дочери деньги в карман.
— Купи себе хоть колготки новые, Светочка.
А Светлана потом тратила эти деньги на сигареты Олегу или продукты.
Теперь она вдруг с удивительной ясностью поняла: никакой любовницы у её мужа не было.
И всё же он ей изменял.
Только вместо другой женщины у него были лень, эгоизм и уверенность, что жена обязана терпеть всё бесконечно.
— Павел, — голос Светланы стал деловым. — Составляй акт о выявлении скрытого повреждения.
Стажёр растерянно посмотрел на неё.
— Прямо сейчас?
— Сейчас.
— А кого указывать ответственным?
— Смирнова Олега Викторовича. Он принимал и хранил эту партию.
Павел снова взглянул на стоимость изделия в базе и присвистнул.
— Светлана Юрьевна… здесь больше двухсот тысяч.
— Вижу.
— А если у него нет таких денег?
Светлана спокойно вернула линзу на стол.
— Теперь это уже не моя забота.
Часть 2. Квартира с окнами на промзону
В прихожей пахло пылью, обувным кремом и дешёвым мужским одеколоном, которым Олег пользовался так щедро, будто каждый раз собирался на свидание.
Рядом с входной дверью стоял огромный чемодан.
Он был набит настолько плотно, что молния едва сходилась.
Складывать одежду Олег никогда не умел. Он просто открывал чемодан и запихивал туда всё подряд, пока крышка наконец не закрывалась.
— Значит, на развод ты всё-таки подал? — спросила Светлана. — Последний год не работал. А теперь ещё хочешь, чтобы я тебе что-то выплачивала?
Она смотрела прямо на мужа.
Олег усмехнулся и поправил ворот куртки.
Выглядел он, кстати, прекрасно.
Лицо отдохнувшее, здоровый цвет кожи, живот даже немного округлился.
Год жизни без ранних подъёмов, начальства и рабочих смен явно пошёл ему на пользу.
— А ты что думала, Света? — протянул он. — Что я просто возьму чемодан и уйду ни с чем?
Он лениво облокотился о дверной косяк.
— Я, между прочим, в этом браке здоровье потерял. Нервы себе испортил. Твоя мамаша постоянно меня воспитывала, ты каждый день зудела: «Работу найди, работу найди». Может, у меня после этого вообще психологическая травма.
Светлана молча слушала.
Ещё несколько месяцев назад после подобных слов у неё навернулись бы слёзы.
Она попыталась бы объяснить, что никогда не хотела его унижать.
Сказала бы:
«Олег, я ведь просто устала всё тянуть одна».
«Я же старалась».
«Я хотела, чтобы у нас была семья».
Но сегодня внутри словно отключился какой-то механизм.
— То есть ты действительно собираешься потребовать часть денег, которые я зарабатывала, пока ты лежал дома? — спокойно уточнила она. — Под видом содержания нетрудоспособного супруга?
— А что? Имею право.
Олег расправил плечи.
— Я консультировался. У меня документы есть. На учёте в центре занятости стоял. Справки о травме тоже имеются. Так что готовься, дорогая. И совместно нажитое имущество тоже делить будем. Телевизор, ноутбук, бытовую технику, машину — всё. Или выплачиваешь мне мою долю деньгами.
Он широко улыбнулся.
— Мне сейчас капитал для новой жизни понадобится.
Светлана смотрела на него и не могла понять, как когда-то любила этого человека.
Олег говорил так непринуждённо, будто заказывал ужин в кафе.
Он действительно был уверен, что поступает справедливо.
В его представлении всё перевернулось с ног на голову.
Он — несчастный мужчина, которого никто не понимает.
Светлана — жестокая жена, заставлявшая больного человека идти на работу.
Всё начиналось постепенно.
Сначала Олег просил:
— Свет, кинь пару сотен на телефон.
Через неделю:
— Мне надо новые кроссовки. Эти ногу давят.
Потом потребовались наушники.
Потом новая мышь.
Потом возникла видеокарта за приличные деньги.
Когда Светлана сказала, что они не могут сейчас позволить себе такую покупку, муж устроил настоящий скандал.
— Ты меня вообще не ценишь! — кричал он, сидя на диване. — Я всегда был добытчиком! Просто сейчас у меня сложный период!
При этом продукты домой приносила Светлана.
Квартиру оплачивала Светлана.
Кредит вносила Светлана.
Даже интернет, через который Олег ежедневно играл, оплачивала тоже она.
Неделю назад её терпение окончательно закончилось.