Андрей застыл на месте.
Я тоже замерла.
А Соня уже направилась обратно к комнате и, похоже, сама не поняла, насколько точно повторила привычную фразу отца.
Андрей медленно покачал головой.
– После такого аргумента у меня вообще не осталось шансов выиграть спор. Ладно, пошли искать твоё небо.
Они ушли.
Я осталась одна на кухне.
На экране телефона уже появилось письмо с подтверждением: бронирование отменено, возврат средств оформлен.
Несколько следующих дней Галина Викторовна мне не звонила.
Зато позвонила Ольга.
– Ира, ты ведь понимаешь, что мама сейчас очень нервничает? – начала она почти сразу после приветствия. – У неё на носу юбилей, полно приглашённых гостей, а вы устроили ей настоящий семейный бойкот.
– Никакого бойкота мы не устраивали. Я просто не хочу находиться там, где моего ребёнка воспринимают как человека второго сорта.
– Фраза мамы была ужасной, здесь я не спорю. Но отменять подарок сразу тоже было необязательно.
– Оля, я ведь не прошу тебя советоваться со мной, какие подарки тебе покупать своей матери. Поэтому и свои подарки буду выбирать без согласования.
Ольга так тяжело вздохнула, будто за один разговор я успела состарить её лет на десять.
– Ты же понимаешь, что теперь мама рассказывает всем, будто ты наказала её деньгами из-за несчастного куска торта?
– Пусть рассказывает. Если ей удобнее обсуждать стоимость санатория, а не то, что она сказала семилетнему ребёнку, я ей мешать не собираюсь.
– Андрей теперь тоже не знает, что делать. Он оказался между вами.
– Нет, Оля. Как раз наоборот. Теперь ему впервые не нужно разрываться. Ему нужно просто принять решение.
– Ты очень жёстко всё поставила.
– Я вообще ничего ему не ставила. Он знает, какое решение приняла я, и самостоятельно принимает своё.
Ольга помолчала.
– Мама уверена, что он всё равно придёт.
– Может быть. Это отношения между ним и его матерью.
– И тебя это устроит?
– Мне может что угодно не нравиться. Но взрослого мужчину к батарее привязывать я не собираюсь.
После этого мы попрощались.
В день юбилея утром Андрей открыл шкаф и вынул белую рубашку.
Я заметила её на дверце шкафа, но ничего не сказала.
За завтраком Соня увлечённо рассказывала о школьном проекте.
Им задали сделать макет комнаты из цветного картона.
– Мне нужен очень плотный картон, иначе стены будут постоянно падать, – объясняла она Андрею. – Если взять обычный, получится квартира после землетрясения.
– В кладовке вроде осталась большая коробка от монитора. Вечером посмотрим, можно ли из неё вырезать стены, – ответил он.
– Только именно вечером, не завтра. Мне сдавать через два дня.
– Я понял сроки. После ужина будем заниматься строительством.
Я заметила, что на висевшую рубашку Андрей даже не посмотрел.
Примерно в десять утра позвонила Галина Викторовна.
В тот момент он как раз раскладывал купленные продукты по шкафчикам, поэтому включил громкую связь.
– Андрей, во сколько тебя ждать? – спросила мать вместо приветствия. – Ольга уже приехала. Мне надо окончательно разобраться с рассадкой гостей.
Андрей поставил упаковку крупы на полку.
– Мам, я тебе вообще ещё не говорил, что приеду.
– Только не начинай это с самого утра. Ира может обижаться хоть до следующего года. Я ей звонить и унижаться перед ней не собираюсь. Но ты мой сын и обязан приехать на шестидесятилетие собственной матери.
Андрей закрыл дверцу шкафа.
– Думаю, слово «обязан» сейчас точно не поможет нам спокойно поговорить.
– А как ещё с тобой разговаривать? Ты уже три дня носишься с этой историей так, будто произошло что-то чудовищное. Ребёнку один раз не достался торт. Господи, люди переживают настоящие трагедии, а вы устроили драму из десерта.
– Прекрасно понимаешь, что дело вовсе не в торте.
– Конечно. Дело в том, что твоя жена решила выставить меня какой-то злой мачехой.
Андрей усмехнулся, но веселья в его голосе не было.
– Мам, мачехой ты никак не можешь быть. Для этого сначала пришлось бы хотя бы признать Соню родственницей.
На другом конце линии наступила пауза.
После неё голос Галины Викторовны стал заметно жёстче.
– Если решил упражняться в остроумии, оставь это на вечер, после юбилея. У меня сейчас нет времени на твои шутки. Просто приезжай один. Ира пусть остаётся дома, раз сама так решила. И девочку не привози. Тогда хотя бы никто не будет устраивать выяснение отношений.
Андрей перестал раскладывать продукты.
– Повтори ещё раз. Ты сейчас действительно предлагаешь мне прийти на юбилей без жены и дочери исключительно ради того, чтобы тебе было комфортнее?
– Я предлагаю хотя бы один день обойтись без спектаклей. Ира сама заявила, что не приедет. Девочка после всего случившегося наверняка тоже будет сидеть с недовольным лицом. Зачем мне это за праздничным столом?
Я молча стояла у мойки и смотрела на мужа.
Он отключил громкую связь и поднёс телефон к уху.
Говорить при этом стал даже отчётливее.