Позже Надежда Павловна пожаловалась, что совершенно устала от огорода, грядок и дачной рутины. Лена, не задумываясь, оплатила свекрови две недели отдыха в дорогом загородном спа-комплексе.
Однако чужая щедрость имеет неприятное свойство: если человек склонен воспринимать окружающих исключительно как ресурс, то очень быстро благодарность исчезает, а на её месте появляется уверенность, будто всё это ему положено по праву.
Кроссовер, который свекровь только что при всех назвала практически бесполезной железякой, на самом деле был для Лены далеко не обычной машиной. Этот автомобиль принадлежал её отцу, умершему несколько лет назад. Машине было всего три года, она находилась в прекрасном состоянии, за ней тщательно следили. В салоне до сих пор сохранялся лёгкий запах кожаной отделки и одеколона, которым пользовался отец.
Лена сознательно не продавала автомобиль. Иногда она ездила на нём за город, перевозила собак, выбиралась на природу и обязательно проходила техническое обслуживание точно в срок. Для неё этот кроссовер был не просто транспортом, а одной из немногих материальных вещей, связанных с памятью об отце.
И самое главное — родственники Антона прекрасно об этом знали.
Тем не менее идея забрать машину у Лены ради Даши появилась у Надежды Павловны ещё несколько месяцев назад. Лена замечала отдельные признаки готовящейся кампании: Даша демонстративно жаловалась в прихожей, что у неё от автобусов «ноги стёрты до крови», свекровь тяжело вздыхала, когда речь заходила об автомобиле, а стоило Лене войти на кухню, там подозрительно быстро прекращались тихие разговоры.
В представлении Надежды Павловны давно действовало очень простое правило: если у Лены имеется какая-то вещь, которой она не пользуется каждую минуту, значит эту вещь можно считать свободным семейным ресурсом. У невестки ведь деньги есть. Ей всё равно.
И сейчас многомесячная подготовка достигла кульминации.
Все гости смотрели на Лену. Несколько пожилых родственниц уже одобрительно кивали, полностью поддерживая идею семейной взаимопомощи. Дядя Валера даже потянулся за рюмкой, очевидно собираясь произнести тост за родственную сплочённость.
Но Лена не покраснела, не растерялась и не отвела взгляд.
Она спокойно посмотрела на свекровь. В этот момент внутри неё словно что-то окончательно встало на место. Перед собой Лена вдруг увидела не добрую «вторую маму», которой столько раз помогала, а человека, решившего без спроса распорядиться чужой собственностью.
— Надежда Павловна, — произнесла она совершенно ровным голосом. — Напомните, пожалуйста, когда именно моё имущество успело перейти в вашу собственность? Видимо, я каким-то образом пропустила этот знаменательный момент.
На секунду улыбка именинницы исчезла. Но Надежда Павловна быстро взяла себя в руки и снова надела привычное выражение добродушного непонимания.
— Ой, Леночка, зачем ты такими сложными словами разговариваешь? Какая ещё собственность? — она всплеснула руками и обратилась взглядом к гостям, словно приглашая всех убедиться в абсурдности поведения невестки. — Ну зачем жадничать из-за пустяка? Машина всё равно стоит. Просто железо. А Дашеньке каждый день надо добираться на работу. В семье принято делиться! Сегодня ты кому-то помогла, а завтра помогут тебе.
Даша моментально поняла, что первоначальный сценарий начинает разваливаться, и решила перейти к запасному варианту — оскорблённой жертве. Она громко вздохнула, дёрнула мать за рукав и заговорила дрожащим голосом:
— Мам, я же тебя просила ничего не говорить! Я ведь сразу знала, чем всё закончится! Я говорила, что не надо у неё просить. Пусть оставит себе эту машину. Я лучше буду всю жизнь пешком ходить, чем терпеть подобное унижение. Она же за каждую копейку готова удавиться!
По столу прошёл недовольный шёпот. Несколько человек осуждающе покачали головами. Кто-то демонстративно цокнул языком.
Антон, до этого старательно игравший роль незаметного предмета интерьера, наконец решил вмешаться. Он приблизился к жене и тихо, но раздражённо прошипел ей на ухо:
— Лен, ну зачем ты начинаешь? Обязательно всё это при родственниках говорить? Ты сейчас мать унижаешь. Сказала бы просто, что подумаешь. Дома спокойно всё обсудим. Не надо устраивать спектакль.
Лена повернулась к мужу.
— Спектакль устроила не я, Антон. И участвовать в нём я не соглашалась.
Затем она снова посмотрела на Надежду Павловну, которая уже начала расправлять плечи, решив, что сын сумеет поставить жену на место.
— Раз мы заговорили о том, как важно в семье делиться, Надежда Павловна, — громко сказала Лена, так что её услышали даже на другом конце стола, — у вас ведь имеется хорошая дача. Вы сами туда почти не ездите, максимум пару раз за сезон. Да и грядками вам заниматься уже тяжело. Давайте вы перепишете её на Дашу. Ей ведь нужнее. А ключи от автомобиля моего отца как лежали у меня в сумке, так там и останутся.
Свекровь застыла с приоткрытым ртом.
Вся семейная философия о необходимости делиться исчезла моментально.