Для Марины это была настоящая победа.
Она спускалась по лестнице, размышляя о новых заказах, когда заметила возле подъезда знакомую фигуру.
Галина Петровна стояла в прежнем дорогом пальто.
Только теперь оно словно стало ей велико. Женщина выглядела заметно постаревшей и какой-то уменьшившейся.
В руках не было ни папки, ни списка.
— Добрый день, Галина Петровна, — вежливо поздоровалась Марина.
— Ну что, довольна теперь? — вместо приветствия спросила бывшая свекровь.
— Простите, чем именно?
— Тем, что с моей семьёй сделала!
Голос Галины Петровны задрожал от возмущения.
— Внуки меня сторонятся! Зять даже здороваться перестал! Собственная дочь на звонки не отвечает! А Олег пьёт! Добилась своего?!
Марина спокойно поставила пакет с мусором возле ног.
— Я ничего с вашей семьёй не делала. Всего лишь вернула предметы, которые вы сами потребовали.
— Не притворяйся невинной! — вспыхнула Галина Петровна. — Ты специально набила ту коробку всем подряд! До последней тряпочки собрала! Хотела, чтобы все увидели и осудили меня!
— Я вернула исключительно ваши подарки. Там не было ни одного предмета, который вы мне не дарили.
— Но ты прекрасно понимала, какое впечатление это произведёт!
Голос свекрови становился всё громче.
Звуки разлетались по подъезду, отражались от лестничных пролётов.
На третьем этаже осторожно приоткрылась дверь.
— Всегда ты была такой! — продолжала кричать Галина Петровна. — С виду тихоня, а сама хитрющая! Такие люди страшнее всех! Молчат, улыбаются, а потом исподтишка всё устраивают!
— Я относилась к вам с любовью, — негромко ответила Марина. — А вы решили считать это хитростью. Но ведь не я пришла к вам домой с требованием вернуть подарки.
— Да будь ты проклята! — сорвалась на крик свекровь.
Её лицо покрылось красными пятнами.
— Чтоб у тебя никогда больше семьи не было! Чтоб одна до старости дожила в своей квартире! Чтоб даже воды некому было тебе принести!
В этот момент дверь на третьем этаже распахнулась шире.
На площадку вышла Нина Сергеевна.
Она спустилась на несколько ступеней и молча остановилась рядом с Мариной.
Снизу поднимался сосед, придерживая велосипед. Услышав крики, он тоже остановился.
Марина не ответила на проклятия.
Она просто смотрела на Галину Петровну.
Спокойно, внимательно, без злобы.
Так смотрят на сильный дождь за оконным стеклом, когда знаешь, что непогода больше не может до тебя добраться.
Восемь лет назад она обязательно стала бы объяснять, что не хотела никого обидеть.
Шесть лет назад начала бы оправдываться.
Ещё год назад, наверное, расплакалась бы прямо на лестнице.
Но теперь не чувствовала необходимости защищаться.
— Ты ещё пожалеешь! — наконец произнесла свекровь.
Увидев свидетелей, она заметно понизила голос.
— Ещё не раз меня вспомнишь!
— Я вас действительно никогда не забуду, Галина Петровна, — ответила Марина. — И, наверное, даже должна поблагодарить.
Бывшая свекровь недоверчиво нахмурилась.
— За что это?!
— За то, что за один вечер вы помогли мне сделать то, на что у меня самой годами не хватало решимости.
Марина говорила негромко, но отчётливо.
— Вы избавили меня от вещей, которые всегда считали своими. Но самое главное — вы сами показали всем близким, как относитесь к людям.
Она выдержала небольшую паузу.
— Я никогда не стала бы рассказывать родственникам о вас плохое. Не позволила бы себе. А вы всё продемонстрировали собственными поступками.
Галина Петровна судорожно вдохнула.
На мгновение показалось, что она снова закричит.
Но женщина лишь сжала губы, резко повернулась и пошла через двор.
Шла мелкими быстрыми шагами, стараясь держать спину идеально прямо.
Нина Сергеевна осторожно коснулась Марининого локтя.
— Ну что, дорогая, может, пойдём чаю попьём?
Марина улыбнулась.
— С удовольствием. Кстати, теперь у меня две кружки.
— Откуда вторая?
— Купила себе новую. Чтобы было из чего угощать гостей.
И обе женщины направились наверх.
Летом Марина арендовала небольшое помещение на первом этаже старого жилого дома.
Раньше там располагалась мастерская по ремонту обуви.
Внутри находились два окна, выходившие во двор. От стен всё ещё немного пахло клеем, зато в солнечные дни помещение наполнялось тёплым светом.
Марина тщательно всё вымыла, привела в порядок стены, расставила мебель и повесила над входом небольшую вывеску.
На вывеске красовалось её девичье имя.
Бабушкину швейную машинку она установила возле окна, на самом заметном месте.
Эта старая чёрная машинка с золотым рисунком стала для неё настоящим символом начала новой жизни.
Первой посетительницей мастерской оказалась Нина Сергеевна.
Соседка принесла юбку и попросила немного укоротить подол.
Марина сразу заметила, что длина юбки и так прекрасно подходит.
— Нина Сергеевна, зачем же её переделывать? Она вам очень идёт.
— А я и не из-за юбки пришла, — хитро улыбнулась соседка. — Надо же кому-то первым деньги в кассу положить! Пусть твоё дело с хорошего клиента начинается.