— Тебе ведь скоро пособие перечислят. Сумма там приличная! — глаза Нины Андреевны неприятно сверкнули. — Мы подумали и пришли к выводу, что вам эти деньги всё равно особо ни к чему. Поэтому будешь переводить их на отдельный счёт. Накопим Никите на автомобиль.
Моему сыну Темочке тогда едва исполнилось три недели. Я спала кусками по тридцать-сорок минут, уже почти не помнила, когда в последний раз нормально расчёсывалась, и жила на холодном чае с сухим печеньем, потому что у малыша начались колики. Он соглашался слезть с рук только на пару минут — чтобы тут же зайтись новым плачем в кроватке.
Мой муж Денис, как быстро выяснилось, к роли молодого отца оказался совершенно не готов. Первые дни после роддома он ещё пытался изображать помощь: с важным видом брал сына на руки, носил его по комнате минут пять, а потом поспешно возвращал мне со словами: «Он губами что-то делает, наверное, есть просит. Я пойду в зал посплю, мне завтра рано на работу. Я же теперь один всю семью тяну».
Этот «единственный кормилец» получал свои скромные шестьдесят тысяч в офисе. До декрета я, работая главным бухгалтером, зарабатывала почти вдвое больше. Но теперь я была после родов, без сил, уставшая, зависимая и мечтала только об одном — хотя бы полчаса полежать в полной тишине.
И вот в один из таких дней, когда от недосыпа у меня уже плыло перед глазами, в нашу квартиру без предупреждения явилась Нина Андреевна — моя свекровь.
Она, конечно, не стала заранее звонить или спрашивать, удобно ли нам. Просто нажала на звонок, а потом уверенно вошла в прихожую, держа в обеих руках пакеты.
— Ох, ну и духота у вас тут! — с порога возмутилась Нина Андреевна, недовольно сморщив нос. — Ребёнку свежий воздух нужен, а у вас прямо дышать нечем! Ну что, мать, принимай помощь. Я пирожков с капустой напекла. Денисочка их обожает!
Я кое-как выдавила улыбку, осторожно придерживая спящего Темку на плече.
— Здравствуйте, Нина Андреевна. Спасибо. Только мне сейчас капусту нельзя, мы на грудном вскармливании, у Темы животик постоянно болит. И окно я боюсь открывать — вдруг сквозняк…
— Да ерунда всё это! Ваши нынешние врачи только пугать умеют! — отмахнулась свекровь и, не дожидаясь приглашения, прошла на кухню. Она бросила пальто прямо на кухонный уголок и включила чайник. — Давай укладывай малого в кроватку и иди сюда. Мне с тобой поговорить надо. Вопрос серьёзный, по Никитке.
Никиткой был младший сын Нины Андреевны, двадцатидвухлетний парень, который регулярно ел у матери, жил за её счёт и периодически просил деньги. Он был полной противоположностью Денису. Денис — спокойный, вроде бы надёжный и ответственный, по крайней мере, так мне казалось до рождения ребёнка. А Никита — вечный студент, «ищущий себя», мамина гордость и бездонная финансовая яма в бюджете свекрови.
Я аккуратно переложила сына в кроватку. Потом на цыпочках вернулась на кухню, мечтая только о том, чтобы Нина Андреевна не засиделась дольше получаса и я смогла хотя бы на несколько минут закрыть глаза. Но её следующий разговор окончательно прогнал сон.
Свекровь уже сидела за моим столом и смотрела на меня так, будто собиралась преподнести великую жизненную мудрость.
— В общем, слушай внимательно, — начала она, придвигая ко мне тарелку с теми самыми пирожками, которые мне было нельзя. — Вы теперь родители. У вас статус другой, обязанностей больше. Но семья — она большая. Нельзя думать только о себе…
Я сразу напряглась. От Нины Андреевны хороших новостей ждать обычно не приходилось.
— Нашему Никитушке работу предложили. Очень хорошую, перспективную! Торговым представителем в солидную компанию, — с гордостью сообщила свекровь. — Но там есть условие: нужна своя машина. А машины у него, сама знаешь, нет. Моя пенсия не бесконечная. Кредит ему не дают, потому что история испорчена из-за того глупого телефона. Помнишь?
Я помнила. Никита купил себе последний айфон, а потом не смог выплачивать кредит. В итоге долг закрывал Денис, потому что младший брат «не справился».
— И что вы хотите от нас? — сухо спросила я. — У нас тоже нет денег на машину Никите. Денис сейчас один работает, у нас ипотека и новорожденный ребёнок.
Нина Андреевна радостно всплеснула руками, словно я сама подвела её к главному.
— Так мы с Денисонькой уже всё обсудили и придумали!
Вот оно. «Мы с Денисонькой обсудили». Мой муж, оказывается, обсуждал финансы нашей семьи с матерью у меня за спиной.
— Тебе же скоро декретные перечислят. Там хорошая сумма! Потом ещё ежемесячное пособие по уходу за ребёнком до полутора лет. У тебя ведь официальная зарплата была, значит, выходить будет прилично, тысяч тридцать пять примерно, да? — глаза Нины Андреевны алчно блеснули. — Мы решили, что эти деньги вам сейчас не особо нужны. Ты ребёнка сама кормишь, смесь покупать не надо. Коляску и кроватку вы уже взяли. Подгузники Денис со своей зарплаты оплатит. Поэтому пособие будешь перечислять на отдельный счёт. Будем копить Никите на машину. За полгода как раз соберём на нормальную подержанную иномарку!