Полина шла домой в приподнятом настроении. Сегодня выдался один из тех редких дней, когда всё складывается именно так, как хочется. В хранилище, где она следила за температурой и влажностью воздуха, наконец установили новую систему увлажнения взамен давно устаревшей. Теперь показания приборов находились точно в пределах нормы. Целых восемь лет Полина добивалась этой замены. Восемь долгих лет бесконечных заявлений, служебных записок и настойчивых обращений к руководству.
Собственную квартиру она когда-то получила примерно таким же способом — благодаря упорству и готовности идти до конца. Просторная двухкомнатная квартира с большими окнами, удобной прихожей и отдельной кладовой появилась у неё за четыре года до знакомства с Артёмом. На покупку пошли деньги от продажи бабушкиного загородного дома, а затем последовали семь лет регулярных выплат.
— Полинка! — Артём встретил жену прямо у входа, сияя от удовольствия. — Представляешь, у меня отличная новость!
— Тебя всё-таки пригласили на тот крупный монтажный объект?
— И туда тоже. Только я сейчас совсем о другом.
Он неожиданно помог ей снять пальто. Такое внимание со стороны мужа случалось нечасто, поэтому Полина сразу почувствовала лёгкое беспокойство. Когда человек внезапно становится необычайно заботливым, невольно начинаешь подозревать, что за этим что-то скрывается.
— Ну, рассказывай, не томи.
— Лариса от Валеры ушла. Забрала обоих детей и уехала. Денег на съёмную квартиру у неё нет, алименты он не перечисляет, а зарабатывает она сущие копейки.
— Бедная, — искренне посочувствовала Полина. — Я ведь ещё зимой советовала ей развестись. Он же совсем её измучил.
— Вот именно! — Артём просиял ещё сильнее. — Я сразу понял, что ты меня поддержишь. Ты у меня добрая, отзывчивая. Пусть сестра поживёт здесь примерно год, пока не наладит свою жизнь.
Полина застыла, держа в руке снятый ботинок. Затем неторопливо поставила его на полку рядом со вторым, аккуратно выровняла и подняла голову.
— Подожди. Что значит «поживёт здесь»?
— Ну, у нас, конечно. Отдадим ей большую комнату. У неё ведь двое детей, им необходимо пространство. Миланочке всего четыре. А мы с тобой переберёмся в маленькую спальню. Нам двоим хватит.
— Значит, переберёмся, — медленно произнесла Полина.
— Полин, ну не смотри так. Она ведь моя родная сестра.
— И поселить её ты решил в моей квартире.
Артём недовольно скривился. Такое лицо обычно бывает у человека, которому прилюдно напомнили, сколько стоил преподнесённый им подарок.
— Опять начинаешь делить на твоё и моё? Мы вообще-то семь лет в браке. Разве теперь имеет значение, кому что принадлежит?
— Имеет. Причём огромное, — без раздражения ответила Полина. — Но спорить сейчас не стану. Скажи лучше, когда ты собираешься её привезти?
— В эту субботу.
— Получается, ты уже обо всём договорился, даже не спросив меня?
— Я был уверен, что ты не станешь возражать.
И Полина действительно не возразила.
Позже она не раз вспоминала этот момент. Это было её первое молчание — продолжительное, рассудительное и удивительно удобное для окружающих.
В субботу порог квартиры переступили Лариса в белоснежном пуховике и двое её детей. Вместе с ними приехали четыре огромных чемодана, коробка с кухонной утварью и детский самокат.
— Полиночка, дорогая! — Лариса обняла хозяйку одной рукой, другой удерживая младшую дочь. — Вы нас буквально спасли! Я Артёмке сразу сказала, что вы замечательная женщина и обязательно войдёте в наше положение.
— Заходите, — спокойно пригласила Полина. — Чемоданы можете пока занести в большую комнату. Там достаточно места.
Девятилетний Гриша, серьёзный мальчик с рюкзаком, висевшим на одном плече, задержался возле двери и внимательно осмотрел прихожую.
— Тётя Полина, это правда ваша квартира?
— Да, моя.
— Странно. А мама говорила, что она принадлежит дяде Артёму.
— Гриша! — Лариса нервно рассмеялась и легонько хлопнула сына по рюкзаку. — Хватит говорить глупости!
Полина взглянула на мальчика и улыбнулась именно ему, а не его матери.
— Квартира действительно принадлежит мне. Но ты можешь чувствовать себя здесь желанным гостем.
Первые несколько дней совместная жизнь даже казалась вполне приятной. Маленькая Милана проводила время за рисунками, Гриша занимался уроками на кухне и с любопытством расспрашивал Полину о приборах, измеряющих влажность. Лариса иногда готовила домашнюю выпечку, а Артём выглядел чрезвычайно довольным, словно сумел одержать победу в споре, которого никто даже не начинал.
Однако на восьмой день Полина открыла холодильник и обнаружила почти полное отсутствие продуктов. На одной из полок сиротливо лежала единственная морковка.
— Лариса, скажите, вы собираетесь покупать что-нибудь из еды? — поинтересовалась Полина.
— Ой, Полиночка, я как раз хотела с вами поговорить! Зарплату мне выдадут только двадцатого, а Миланке срочно нужны новые сапожки. Вы уж немного потерпите, хорошо? Потом я обязательно всё компенсирую.