— Я ни на что не намекаю. Просто это кажется… странным.
На следующий день я решилась на безумный поступок.
Перед тем как Итан уехал к Клэр, я незаметно положила маленький диктофон во внутренний карман его куртки.
У меня дрожали руки.
Я стояла в коридоре с его курткой в руках и думала: зачем я вообще это делаю?
Я почти достала диктофон обратно, но внутреннее чувство тревоги оказалось сильнее стыда, и я оставила его там.
Вечером Итан вернулся от Клэр и, как обычно, повесил куртку. Потом поцеловал меня на ночь и ушёл спать.
Я решилась на безумный поступок.
Я дождалась, пока в доме станет тихо. Затем достала диктофон из кармана его куртки, прошла в ванную, заперла дверь и села прямо на холодный кафельный пол.
Я нажала на воспроизведение.
Сначала послышался звук открывающейся двери, потом голос Клэр — тёплый и знакомый.
— О, хорошо, ты приехал.
Затем Итан:
— Я привёз витамины, которые ты просила.
Я нажала на воспроизведение.
Я выдохнула.
Может, я правда стала подозрительной. Может, всё было именно так. Может, я просто сходила с ума.
А потом Клэр произнесла фразу, от которой всё моё тело напряглось.
— Ты уверен, что твоя жена нормально относится ко всему этому?
Ответ Итана заставил меня раскрыть рот от ужаса.
Я сидела на полу в ванной и слушала оставшуюся запись, зажимая рот рукой.
Клэр произнесла фразу, от которой всё моё тело напряглось.
Когда запись закончилась, я уже прекрасно понимала, чем на самом деле занимался мой муж каждый раз, когда говорил, что «проверяет ребёнка», зачем он собирал эти папки и что собирался сделать после рождения малыша.
Он думал, что я ничего не заподозрю. Что ж. В эту игру можно играть вдвоём.
Именно тогда я решила раскрыть его предательство и включить эту запись перед всеми нашими близкими. Нужно было только выбрать подходящий момент. Тогда я и решила устроить для Клэр вечеринку в честь будущего ребёнка.
Именно тогда я решила раскрыть его предательство.
На следующее утро я спустилась вниз с улыбкой и сказала Итану, что хочу организовать для Клэр праздник перед рождением малыша.
— Она делает для нас нечто невероятное. Она заслуживает, чтобы её поздравили.
Он улыбнулся.
— Думаю, ей это понравится.
Следующие две недели я занималась подготовкой. Итан наблюдал за всем с тихим удовлетворением.
Он думал, что видит, как его план складывается именно так, как он хотел. Он понятия не имел, что диктофон лежит в ящике моего стола, спрятанный в конверте вместе с документами, которые подготовил для меня мой адвокат.
Я сказала Итану, что хочу устроить для Клэр праздник перед рождением малыша.
Наконец наступил день этой вечеринки. Гостиная была полна людей. Клэр сидела в центре комнаты, нервно улыбаясь, пока все говорили ей, какой необыкновенный подарок она делает нам с Итаном.
Итан стоял рядом с ней — гордый, сияющий и совершенно не подозревающий, что через несколько минут я покажу всем, каким лжецом он оказался.
Когда пришло время тоста, я поднялась с бокалом безалкогольного сидра.
Наступил день этой вечеринки.
— Я хочу поблагодарить всех, кто сегодня пришёл, — сказала я. — И особенно хочу поблагодарить двух людей, которые так заботливо ухаживали за этим малышом.
Итан улыбнулся. Клэр выглядела тронутой.
Я повернулась к ним.
— Итан постоянно навещал Клэр. Привозил продукты. Витамины. Помогал ей во всём. И перед тем как малыш появится на свет, я подумала, что всем здесь стоит услышать, насколько преданно он всё это делал.
Улыбка Итана осталась на лице, но что-то в его глазах изменилось.
Итан улыбнулся. Клэр выглядела тронутой.
— Что ты имеешь в виду? — спросил он.
Я достала из кармана диктофон.
И нажала на кнопку.
Комнату заполнил голос Клэр:
— Ты уверен, что твоя жена нормально относится ко всему этому?
Потом прозвучал голос Итана:
— Она не хочет этого ребёнка, Клэр. Она согласилась только потому, что я упросил её попробовать суррогатное материнство.
Я достала из кармана диктофон.
— Но она ведь иногда приезжает с тобой, — сказала Клэр. В её голосе слышалась неуверенность.
— Только для вида, — продолжил голос Итана. — Когда ребёнок родится, она подпишет отказ от своих прав.
Клэр помолчала.
— Поэтому ты и собираешь все медицинские документы?
— Именно, — сказал Итан. — Если она передумает, я покажу суду, что она никогда не была связана с этой беременностью.
На записи послышался треск.
Потом Клэр снова сказала:
— Я просто не хочу никому причинить боль.
— Поэтому ты и собираешь все медицинские документы?
Я заговорила раньше, чем кто-либо успел прийти в себя.
— Я хочу кое-что прояснить. — Я посмотрела прямо на Клэр. — Я люблю этого ребёнка. Я молилась о нём. Я годами страдала из-за того, что не могла стать матерью. И я не собираюсь отказываться от своих прав. Итан солгал тебе.
Потом я повернулась к мужу.
— А теперь я хотела бы понять зачем.
Итан оглядел комнату. Его родители, мои родители, наши друзья — все смотрели на него и ждали ответа.