Галина приехала к свекрови, вымыла окна, навела порядок в доме и принялась готовить ужин. Лишь спустя некоторое время она заметила, что пожилая женщина тихо плачет.
Галина стояла возле большого окна в гостиной свекрови и старательно протирала стекло мягкой сухой тряпкой. Последние месяцы выдались для неё непростыми. Работа отнимала почти все силы, домашние заботы тоже никто не отменял, однако женщина неизменно находила свободный час, чтобы добраться на противоположный конец посёлка и помочь пожилой родственнице.
Елена Петровна в последнее время заметно ослабела. Она практически перестала выходить во двор, большую часть дня проводила в старом кресле перед телевизором, а иногда просто сидела неподвижно, устремив взгляд в пустоту.
Закончив протирать очередной участок стекла, Галина мельком посмотрела в дальний угол комнаты, где устроилась свекровь. Сначала ей показалось, что старушка задремала под однообразные голоса ведущих телевизионных новостей.
Но, присмотревшись внимательнее, женщина увидела, что худенькие плечи Елены Петровны мелко вздрагивают, а по изборождённым морщинами щекам медленно скатываются слёзы.
По оконному стеклу ещё стекали маленькие капельки воды, оставляя причудливые дорожки на очищенной поверхности. Однако в самой гостиной установилась такая тишина, что Галина отчётливо услышала приглушённые всхлипывания.
Она отложила тряпку на подоконник, вытерла ладони о передник и направилась к креслу. Подвинув небольшой табурет, Галина присела рядом со свекровью.
— Елена Петровна, что с вами случилось? Опять сыновей вспомнили? Ну зачем же так себя изводить? Ваше сердце ведь не железное, нельзя постоянно мучить себя горем.
Пожилая женщина ничего не ответила. Она лишь крепче прижала ладони к лицу. От её рук пахло лекарствами и старой деревянной мебелью. Плечи продолжали содрогаться, а тихий плач постепенно превратился в тяжёлые, надрывные рыдания, от которых у Галины болезненно сжалось сердце.
Судьба Елены Петровны никогда не была безоблачной, хотя долгие годы её жизнь казалась вполне благополучной. Вместе с мужем они построили просторный кирпичный дом, обустроили хозяйство и воспитали двух замечательных сыновей — Андрея и Сергея.
Оба мальчика выросли трудолюбивыми, отзывчивыми людьми, всегда помогали родителям. Повзрослев, они довольно рано обзавелись собственными семьями и подарили матери внуков. Старший, Андрей, женился на Галине — девушке из их посёлка, выросшей в хорошей, уважаемой семье.
Младший сын Сергей отправился учиться в областной центр, где познакомился с Оксаной. Его избранница оказалась женщиной целеустремлённой, амбициозной и весьма резкой в высказываниях. С самого начала она ясно дала понять, что тихая деревенская жизнь совершенно не соответствует её представлениям о будущем.
Тем не менее оба сына регулярно навещали мать. Почти каждые выходные они приезжали домой, привозили продукты, помогали по хозяйству, чинили крышу, скашивали траву во дворе. Казалось, так будет продолжаться ещё долгие годы. Но однажды привычный мир семьи разрушился. Первым неожиданно заболел Андрей.
Начались долгие шесть месяцев больничных палат, мучительного ожидания и надежд, которые с каждым днём становились всё слабее. А затем наступил страшный день прощания. Потеря старшего сына едва не лишила Елену Петровну рассудка. Она находила силы продолжать жить только благодаря Сергею. Однако ровно через три года судьба нанесла ещё один беспощадный удар — не стало и младшего сына.
Галина, которая сама овдовела и осталась с двумя детьми, не отвернулась от свекрови. Её собственные родители жили достаточно обеспеченно и охотно помогали дочери воспитывать ребятишек. Поэтому у женщины оставалась возможность регулярно приезжать к Елене Петровне, заниматься уборкой, покупать необходимые продукты и готовить домашнюю еду.
А вот Оксана после похорон Сергея стала появляться всё реже. Поначалу она ещё привозила внуков к бабушке по выходным. Потом начала ссылаться на постоянную занятость и нехватку времени. Постепенно даже эти редкие встречи прекратились, а всё общение свелось к нечастым телефонным разговорам.
Галина осторожно положила ладонь на колено свекрови, стараясь хоть немного успокоить несчастную женщину.
— Елена Петровна, ну пожалуйста, перестаньте так плакать. Хотите, я заварю вам чай с мятой? Посмотрите на меня. Вы ведь не одна. Мы рядом, внуки растут, жизнь продолжается. Всё обязательно наладится.
— Ничего уже не наладится, Галочка, — едва слышно произнесла старушка, промокая мокрые глаза краешком платка. — Господи, какая же я глупая оказалась! Какой тяжёлый грех на себя взяла… Ты ведь мне такого никогда не простишь.
— Да о чём вы говорите? Какой ещё грех? Вы же никому зла не желали и ничего плохого не сделали.
— Сделала, доченька. Ещё как сделала…
Елена Петровна долго пыталась собраться с мыслями. Она тяжело дышала, жадно хватая воздух открытым ртом, словно в чистой, недавно проветренной гостиной внезапно стало нечем дышать. Галина терпеливо ждала объяснений, хотя внутри уже возникло тревожное ощущение, что сейчас она услышит нечто неприятное.