Жена моего начальника отказалась полностью рассчитываться с моим отцом за ремонт их огромного бассейна во дворе. Она посмотрела на выставленный счёт, рассмеялась и повела себя так, словно договорённости о сумме в 7 800 долларов никогда не существовало.
Отец не стал с ней спорить.
Он лишь посмотрел на воду, слегка улыбнулся и произнёс четыре слова, смысла которых я тогда совершенно не поняла:
«Позвони мне завтра утром».
Я ещё не знала, что уже следующим утром возле дома моего начальника будут стоять две полицейские машины, а рядом с отцом окажется пожилая женщина с толстой папкой документов, в которой хранилась давно забытая часть истории этого участка.
Мой отец, Фрэнк Марш, занимался ремонтом бассейнов почти тридцать лет.
К своим 61 году он успел столкнуться практически со всеми неисправностями, какие только можно представить. Он ремонтировал маленькие бассейны во дворах, старые конструкции с виниловой облицовкой, дорогие бетонные бассейны и сложнейшие системы, восстановление которых занимало по несколько недель кропотливого труда.
Он никогда не относился к тем мастерам, которые раздают обещания, не собираясь их выполнять.
Отец всегда называл клиенту точную предварительную сумму, подробно объяснял, что именно нужно сделать, а затем рассчитывал получить оплату за уже выполненную работу.
Поэтому, когда мой начальник, Ричард Эмори, попросил его привести в порядок огромный двенадцатиметровый бассейн позади своего дома стоимостью около двух миллионов долларов на Лейквью-Драйв, отец отнёсся к нему точно так же, как к любому другому заказчику.
Он осмотрел оборудование.
Проверил трубы.
Сделал анализ воды.
После этого составил подробную смету.
Итоговая сумма составила 7 800 долларов.
Ричард поставил подпись.
Его жена Мелисса также подписала разрешение на проведение работ, где была прямо указана согласованная стоимость.
Никаких двусмысленностей в договорённости не было.
Все прекрасно знали окончательную цену ещё до того, как мой отец вообще начал что-либо делать с бассейном.
Работа заняла девять изматывающих дней.
Отец заменил вышедший из строя насос. Отремонтировал трубы, которые годами разрушались из-за кальциевых отложений. Установил полностью новую систему фильтрации и потратил много часов на то, чтобы правильно отрегулировать химический баланс воды и добиться безупречной работы всей системы.
Когда он наконец закончил, разница была поразительной.
Вода, которая раньше выглядела тёмной и запущенной, теперь стала абсолютно прозрачной.
Под дневным солнцем она сияла насыщенным голубым цветом.
Фильтрация работала без перебоев.
Насос функционировал идеально.
Повреждённые трубы были восстановлены.
Отец выполнил всё именно так, как обещал.
Но спустя два дня после завершения ремонта Мелисса неожиданно решила, что согласованная ранее сумма её больше не устраивает.
Она предложила моему отцу всего 3 000 долларов.
Отец посмотрел на неё.
— Миссис Эмори, в смете указано 7 800 долларов, — спокойно напомнил он.
Мелисса лишь мельком посмотрела на документы.
— 7 800? За это?
Отец достал из папки подписанную смету и положил перед ней.
— Именно эту сумму вы согласовали до того, как я начал работу.
Мелисса рассмеялась.
А потом перевела взгляд прямо на меня.
— Ваш муж работает на моего мужа, — сказала она. — На вашем месте я бы хорошо подумала, прежде чем начинать со мной спорить.
У меня буквально запылало лицо.
Она прекрасно понимала, что делает.
Моя работа зависела от Ричарда, а его жена использовала это как средство давления, пытаясь заставить моего отца согласиться на сумму, которая была почти на пять тысяч меньше положенной.
— Пап, — тихо сказала я. — Я что-нибудь придумаю.
Я ждала, что он разозлится.
Думала, что он потребует, чтобы Ричард немедленно вышел из дома.
Но вместо этого отец просто повернулся к бассейну.
Несколько секунд он молча стоял и внимательно смотрел на воду.
А затем, как ни странно, улыбнулся.
— Хорошо.
Мелисса усмехнулась.
Когда мы с отцом направились к его машине, она крикнула нам вслед:
— Рада, что мы всё поняли друг друга.
Отец не ответил.
Ни единого слова.
Я дождалась, пока мы вернёмся к нему домой, и только после этого не выдержала.
— Пап, почему ты с ней не спорил? Она должна тебе почти восемь тысяч долларов.
Отец открыл холодильник, достал бутылку пива и прислонился к кухонной столешнице.
Потом посмотрел на меня.
— Потому что завтра утром, — сказал он, — они поймут, зачем мне понадобились подписи обоих.
Я уставилась на него.
— Какие ещё подписи?
Он сделал глоток.
А затем снова улыбнулся.
— Завтра просто иди на работу. Сама всё увидишь.
Больше он ничего объяснять не стал.
Почти всю ночь я пыталась понять, что он имеет в виду.
На следующее утро ровно в 7:46 у меня зазвонил телефон.
Звонил отец.
Я сразу же ответила.
— Что происходит?
— Я стою на подъездной дорожке возле дома Ричарда.