— Не расстраивайся, но квартира прошла мимо тебя, — муж усмехнулся настолько странно, что Вера лишь высунула язык.
— Артём, ты это всерьёз говоришь или решил внезапно блеснуть красноречием? — она невозмутимо разрезала яблоко на аккуратные ломтики и придвинула к нему тарелку. — Бери. Сладкое полезно для работы мозга.
— Я пытаюсь нормально тебе объяснить, — он отодвинул угощение, словно яблоки лично его оскорбили. — Бабушкина двухкомнатная квартира больше тебя не касается. Всё уже решено. Денис практически переезжает.
— А-а, Денис, — Вера кивнула с такой покорностью, что Артём на мгновение даже замешкался. — Это ведь тот Денис, который в прошлом году одолжил у нас деньги на «срочно подвернувшийся отпуск» и до сих пор срочно их возвращает?
— Не искажай. У человека сейчас трудности.
— У человека трудный нрав, — ласково уточнила Вера. — А это, между прочим, не совсем одно и то же… хотя извини, я ведь обещала не умничать.
Началось всё почти непринуждённо и даже забавно, потому что Вера давно умела тушить чужую агрессию обычной улыбкой.
— Артём, давай разберёмся последовательно, — она устроилась напротив и опёрлась щекой на ладонь. — Ты возвращаешься домой, сообщаешь, что квартира моей бабушки от меня «уплыла», а сам улыбаешься так, будто сорвал крупный куш. Объясни несчастной женщине, как работает этот удивительный механизм.
— Никакого механизма нет. Родственники решили, что Денису негде остановиться, а квартира всё равно пустует.
— «Родственники решили», — задумчиво повторила она. — Видимо, на семейное голосование меня не позвали. Я была слишком занята? Стирала твои носки где-нибудь в соседнем измерении?
— Ты постоянно превращаешь всё в балаган.
— Потому что тот, кто ещё способен смеяться, пока не проиграл, — она равнодушно пожала плечами. — Один мудрый человек утверждал: умеющий смеяться над собой всегда найдёт повод повеселиться. Но поскольку я смеюсь над тобой, развлечений мне хватит навечно.
Артём недовольно скривился и забарабанил пальцами по столешнице.
— Вер, я не собираюсь ругаться. Просто прими ситуацию: бумаги уже готовят, а на следующей неделе Денис заселяется.
— Какие именно бумаги, зайчик? — она чуть склонила голову набок. — Квартира целиком оформлена на меня. От заглавной буквы в свидетельстве до последней подписи. Что ваши загадочные «семейные постановления» собираются там переоформлять?
— Ну… не всё так просто.
— Не всё просто — это когда в борщ случайно забыли добавить соль, — улыбнулась Вера. — А когда люди распоряжаются недвижимостью, которая им не принадлежит, это уже называется красивым термином «воображение».
В небольшой кофейне за углом она условилась встретиться с подругой Соней. Вере хотелось сохранить трезвую голову и поговорить с человеком, который не станет соглашаться с ней исключительно ради приличия.
— Он прямо так и произнёс — «уплыла»? — Соня поставила чашку на блюдце и наклонилась ближе. — И ухмылялся своей противной фирменной улыбочкой?
— Именно ею, — Вера неторопливо водила ложечкой по кругу. — А я показала ему язык. Конечно, поведение уровня детского сада, зато от чистого сердца.
— Вер, меня пугает твоё спокойствие. Я бы уже ходила ходуном.
— Зачем? — она повела плечом. — Дрожащий человек принимает плохие решения. Он готов согласиться на любую глупость, только бы перестало трясти. Мне приятнее спокойно допить кофе и всё обдумать.
— И к чему ты пришла?
— Пока только к тому, что Артём вздумал играть в напёрстки с вещью, которой у него нет, — усмехнулась Вера. — Двигает стаканчики, делает таинственное лицо, а шарика под ними не существует. Потому что шарик лежит у меня в кармане.
В эту секунду к столику подошёл Костя, её брат. Ещё с утра Вера отправила ему короткое сообщение: «Мне нужны ты и твоя ясная голова».
— Рассказывай, кто на этот раз нацелился на бабушкино имущество, — он присел, даже не сняв шарфа, и попросил принести чай. — Попробую угадать. Артём и его родственник, у которого вся жизнь состоит из бесконечных «тяжёлых времён».
— Угадал, — подтвердила Вера. — Денис уже в своих мечтах выбирает туда занавески.
— Бабушка ведь не просто так оформила всё именно на тебя, — хмыкнул Костя. — Такие «семейные советы» она чуяла за километр. Помнишь, как говорила: «Люди путают доброту со слабостью, пока лбом не встретятся с крепким косяком»?
— Вот я и намерена стать таким косяком, — Вера сделала глоток. — Исключительно воспитанным, однако очень прочным.
— Артём хотя бы понимает, что с юридической стороны эта квартира неприступна? — уточнила Соня.
— Разумеется, — улыбнулась Вера. — Потому его улыбка и выглядит такой напряжённой. Он рассчитывает, что я испугаюсь, разревусь и начну просить его всё отменить.
В бабушкину двухкомнатную квартиру Вера приехала лично, чтобы проверить последние «изменения». Возле двери уже переминался Денис, державший пакет и выглядевший так, будто все вопросы давно решил самостоятельно.