Я даже удивилась. Думала, она не решится искать мой новый номер. Но она всё же нашла способ.
— Доченька… — её голос дрожал. — Пожалуйста, помоги. Кайл… он ушёл. Просто собрал вещи и ночью вышел из дома. Его нет уже два дня. А отец кричит, что всё из-за тебя.
Я закрыла глаза.
— Где ты сейчас?
— Дома… Я… я боюсь.
Майкл, стоявший рядом, молча взял куртку. Он был уверен, что сейчас я скажу: «Мы едем».
Но я сказала иначе.
— Мам… ты действительно хочешь, чтобы я приехала? Или тебе снова нужна удобная дочь, которая всё исправит и промолчит?
Пауза затянулась.
— Я хочу, чтобы ты приехала. Не как дочь… а как человек, который умеет принимать решения.
Я кивнула, хотя она не могла этого увидеть.
— Хорошо. Завтра утром мы будем.
Майкл положил руку мне на плечо.
— Ты уверена?
— Это не ради них. Это ради меня. Чтобы окончательно закрыть этот круг.
Глава 17. Возвращение в место, откуда я ушла
Дорога заняла почти шесть часов. Она тянулась, как цепочка воспоминаний — каждое неприятнее предыдущего.
Родительский дом всё так же стоял на холме, но теперь казался меньше. Словно съёжился. Окна были закрыты шторами. Трава во дворе заросла.
Мать открыла почти сразу, будто всё это время стояла у двери.
Она сильно постарела. На лице появились глубокие морщины, под глазами лежали тени бессонных ночей.
— Спасибо, что приехала… — она попыталась обнять меня, но остановилась, не решившись.
Внутри всё было прежним. Но воздух изменился. Он был тяжёлым, плотным, как после долгого скандала.
Отец сидел в кресле, сгорбившись. Его лицо стало серым, волосы почти полностью побелели.
Он поднял на меня глаза, и я увидела в них то, чего раньше не видела никогда: развалившуюся изнутри гордость.
— Пришла похвастаться своими звёздами? — мрачно спросил он.
— Нет, — спокойно ответила я, снимая пальто. — Пришла поговорить.
Он хрипло рассмеялся.
— О чём? О том, как ты превратила меня в посмешище?
— Нет. О том, как ты сделал это сам.
Мама испуганно втянула воздух. Майкл осторожно встал чуть ближе, готовый вмешаться, если потребуется.
Отец ударил кулаком по подлокотнику кресла.
— Я дал тебе жизнь!
— А потом пытался отнять у меня свободу. Это разные вещи.
Мы долго смотрели друг на друга. И вдруг я поняла: передо мной уже не тот грубый властный мужчина из моего детства. Передо мной сидел старик, который не смог принять, что его дочь выросла без его разрешения.
Но то, что он сделал в ту ночь, невозможно было просто забыть.
— Где Кайл? — спросила я.
Отец отвернулся. Мама тихо сказала:
— Мы не знаем. Он оставил записку…
Она протянула мне листок. Почерк был нервным, неровным:
«Хочу побыть там, где не нужно соревноваться с тобой.
Где никто никого не сравнивает.
Где я просто человек.»
Майкл прочитал записку и негромко сказал:
— Он не злой. Он потерявшийся.
Я кивнула.
— Я найду его.
Глава 18. Брат, которого я не знала
Поиски заняли два дня.
Я подключила связи — не злоупотребляя положением, но обратившись к знакомым в полиции и коллегам из резерва. В одной части округа видели машину Кайла. В другой сообщили, что он снимал номер в мотеле. На пятый день я нашла его у побережья — на старом пирсе, где мы когда-то бегали детьми.
Он сидел у края, свесив ноги вниз, и бросал камешки в воду.
Я подошла тихо.
— Помнишь, как мама кричала, когда ты сбросил сюда мои босоножки? — спросила я, садясь рядом.
Он вздрогнул, но не ушёл.
— Пришла читать мне нотации?
— Нет. Пришла слушать.
Кайл долго молчал. Потом тяжело выдохнул:
— Мне казалось, если я буду лучше тебя, отец наконец будет мной гордиться. А потом оказалось… он вообще никем не гордится, кроме себя.
Это прозвучало честно. Впервые в жизни он говорил со мной не через злость, а через боль.
— Ты не должен был быть моим соперником, — мягко сказала я. — Ты должен был быть моим братом.
— А я… — он закрыл лицо руками. — Я всю жизнь тебя ненавидел. Потому что отец ненавидел тебя громче всех. Это заразно, понимаешь?
Я положила ладонь ему на плечо.
— Ты не обязан тащить эту цепь дальше.
Он поднял на меня взгляд — усталый, почти детский.
— А можно… я просто буду твоим братом? Не его копией, не его гордостью, не твоим врагом?
У меня защипало глаза.
— Можно. И нужно.
Он всхлипнул и впервые за много лет обнял меня.
Глава 19. Возвращение без войны
Мы вернулись в родительский дом вместе. Мама, увидев Кайла, разрыдалась.
Отец поднялся — медленно, неуверенно. Подошёл к нам.
Я не знала, чего ждать.
Кайл тоже напрягся.
Но отец лишь сказал:
— Я… не умею быть отцом. Я думал, что власть — это любовь. Думал, что страх — это уважение. А теперь… — он тяжело вздохнул. — Я старый, а вы взрослые. И всё, что у меня осталось, — ошибки.
Это не было полноценным извинением.
Но это было признанием. Для него — почти невозможным.
Я ответила ровно:
— Ты не обязан быть идеальным. Но ты обязан перестать разрушать.
Он кивнул.