Но лучшее было еще впереди!
Лицо знаменитости исказилось от разочарования, когда он понял, что только что произошло.
Теперь он сидел рядом с матерью с беспокойным малышом — далеко от того спокойного, роскошного места, которое он так требовал!
Малыш сразу же начал ерзать и тянул любопытные пальчики к сумке знаменитости.
Мистер Темс выглядел так, как будто вот-вот взорвется, его лицо стало почти комически красным!
Я не могла устоять.
Я коротко помахала ему рукой, не меняя своей улыбки.
Он бросил на меня зловещий взгляд, его гнев был неоспорим, но я чувствовала только удовлетворение!
Это была тихая победа, о которой я знала, что он будет вариться на протяжении всего полета!
Когда я продолжала идти, я услышала, как беременная женщина заговорила с мистером Темсом.
«Эй! Ты не тот надоедливый теле-звезда, который всегда попадает в новости по неправильным причинам?» — спросила она его.
Я краем глаза увидела, как он бросил на нее презрительный взгляд, который говорил:
«Как ты смеешь разговаривать со мной? Как ты можешь очернять мой безупречный характер?»
Но он не ответил.
Затем я услышала, как малыш раскричался пронзительным криком, как будто он упал или ударился.
Но она сидела безопасно на коленях своей матери.
«Тихо, Сюзи!» — наказала мать.
«Наш местный знаменитость, вероятно, не потерпит твоих веселых шалостей в этом рейсе, да, сэр?» — обратилась она к мистеру Темсу.
Я не услышала ответа и предположила, что наша местная звезда была совершенно вне себя от злости, вынужденная сидеть рядом с навязчивым человеком.
Я продолжала улыбаться, продолжая свой путь, уверенно держа в руке свой чемодан.
Я вернулась в эконом-класс и нашла место для беременной женщины, которое было далеко не таким удобным, как в первом классе.
Но в этот момент мне было совершенно все равно.
Когда самолет взлетел, я убрала багаж и устроилась на своем месте.
Я почувствовала удовлетворение, когда надела маску для сна и откинулась назад, ощущая редкое чувство покоя.
Я утешала себя мыслью, что беременная женщина нуждалась в комфорте больше, чем я.
Ей нужно было место и тишина, особенно с ребенком в пути.
Что касается мистера Темза, ну что ж, он получил то, что заслуживал!
Я могла только представить, как беспокойный ребенок будет занимать его в следующие несколько часов!
Если ребенок не достанет его, то мать уже была достаточно раздражающей, чтобы довести нашего знаменитого пассажира до безумия!
Она, похоже, не была человеком, который сильно фильтрует свои мысли, когда речь шла о мнении.
Я думала, что у нее будет много вопросов к своему неохотно сидящему соседу.
Может быть, только может быть, мистер Темз научится тому, что не все в жизни можно получить на серебряном подносе.
Гул двигателей убаюкивал меня в приятное молчание, и я тихо посмеивалась, наслаждаясь сладким вкусом поэтической справедливости.
Некоторые могут назвать это мелочами, но я предпочитаю считать это уроком уважения, чем-то, чего нам всем немного не хватает в наше время.