Разумеется, свободных миллиона двухсот тысяч у Елены не было. Пришлось снова обращаться в банк. Она договорилась об изменении условий ипотечного кредита: оставшийся долг и часть необходимой компенсации объединили, одновременно увеличив срок погашения. Банк согласился предоставить дополнительно один миллион рублей. Теперь вместо прежних двадцати восьми тысяч Елене предстояло ежемесячно перечислять тридцать шесть тысяч. Сумма была серьёзной, но она понимала, что справится. Недостающие двести тысяч одолжила старшая сестра Татьяна, жившая в Тольятти. Без процентов, расписаний и требований вернуть к определённой дате.
Спустя месяц Елена перечислила Михаилу всю присуждённую сумму. От него пришло единственное короткое сообщение: «Получил».
В тот вечер позвонила Татьяна.
— Ну что, Ленка, закончилась твоя эпопея?
— Закончилась, Танюш. Всё выплатила.
— А сама как себя чувствуешь?
Елена ненадолго задумалась. Она сидела на собственной кухне, держала в руках чашку горячего чая и впервые за много месяцев никуда не спешила.
— Уставшая, — призналась она. — Теперь каждый месяц придётся платить больше. Но зато я у себя. Понимаешь, Таня? Я дома. У себя дома.
Михаил всё-таки восстановил повреждённый кроссовер. Деньги на ремонт взял из полученной компенсации. Оставшуюся сумму, как позднее рассказала осведомлённая обо всех районных событиях Зинаида Павловна, он потратил на погашение каких-то давних долгов и приобретение нового телефона. Жить окончательно перебрался к матери, в её однокомнатную квартиру на улице Мичурина. Нина Фёдоровна уступила сыну единственную жилую комнату, а сама устроилась спать на кухне, купив небольшой раскладной диван.
Елена постепенно разобрала все пять коробок, которые когда-то приготовили для её выселения. Аккуратно разложила свитера по полкам шкафа, вернула косметические принадлежности в ванную, расставила учебники на привычном месте. Небольшую шкатулку с бабушкиными серьгами поставила на тумбочку возле кровати. А вот шкаф обратно к стене передвигать не стала. Неожиданно оказалось, что возле окна он смотрится вполне гармонично, да и сама спальня теперь казалась светлее.
В ближайшую субботу Елена пригласила мастера и попросила установить два новых замка. Те самые блестящие хромированные механизмы, которые Михаил когда-то самовольно врезал в дверь, отправились в мусор. Теперь оставшиеся у бывшего мужа ключи были совершенно бесполезны. Мастер, пожилой очкарик с аккуратными седыми усами, передал хозяйке три комплекта новых ключей.
Первую связку Елена сразу убрала в свою сумочку. Вторую положила в ящик комода. Третью ненадолго спрятала в карман домашней одежды.
Ближе к вечеру она вышла на лестничную площадку и позвонила в соседнюю квартиру. Зинаида Павловна, как обычно, сначала приоткрыла дверь на цепочке.
— Зинаида Павловна, возьмите, пожалуйста, — Елена протянула ей запасной комплект. — Пусть будет у вас на всякий случай. Вдруг задержусь на работе, а дома трубу прорвёт или ещё какая-нибудь неприятность случится.
Соседка отодвинула цепочку и осторожно приняла связку обеими руками, словно ей передавали какую-то необыкновенно ценную и хрупкую вещь.
— Леночка, неужели ты мне настолько доверяешь?
— Конечно, доверяю, — ответила Елена.
Вернувшись в квартиру, она тщательно заперла входную дверь на оба новых замка, а собственную связку повесила на крючок в прихожей.
Теперь ключей от её дома не было ни у кого постороннего. Только у самой Елены и у тех людей, которым она добровольно решит их доверить.