Миллионы зрителей обожали его как самого обаятельного «дачника» страны. С 2006 по 2012 год он выпустил 250 эфиров популярной программы «Фазенда». С лукавым прищуром он мастерски вплетал народные поговорки в рассуждения о сидератах и поливе огурцов, хотя в реальности терпеть не мог копаться в грязи. Тем не менее, его природной органике верили безоговорочно, и сегодня вряд ли кто-то вспомнит других ведущих этого телешоу. Однако истинный масштаб его таланта скрывался за бархатным тембром голоса, которым в советских кинотеатрах говорил британский агент 007 — именно Колесников подарил свои фирменные интонации Шону Коннери в картинах «Бриллианты навсегда» и «Живешь только дважды». За свою кипучую творческую энергию к тридцати девяти годам он удостоился звания заслуженного артиста, сыграв множество классических ролей на сцене МХАТа («Три сестры», «Чайка», «Дядя Ваня») и закрепив за собой амплуа ироничного, уверенного в себе мужчины в таких проектах, как «Дальнобойщики», «Личная жизнь доктора Селивановой» и «Петербургские тайны».
В делах сердечных он тоже избегал банальностей, а его биография напоминает запутанный роман. До встречи с главной женщиной своей жизни Колесников успел дважды обжечься. В восемнадцать лет случился скоропалительный юношеский брак с подругой детства (по разным данным, ее звали Елена Конова или Ирина), который распался спустя пару месяцев из-за элементарной незрелости супругов. Затем был союз с сокурсницей из интеллигентной семьи, не выдержавшей конкуренции с его обостренным чувством долга перед народом и зрителями. Бывшие супруги мирно разошлись, а настоящая любовь настигла Сергея в конце семидесятых годов. В коридоре телестудии, куда он пришел озвучивать рекламный ролик, мимо пронеслась художница Мария Великанова — дочь прославленного архитектора, создавшего Театр Натальи Сац. Девушка выронила папку с эскизами, он иронично вызвался помочь, а в итоге просто увез ее в свою тесную коммуналку.
Мария обладала удивительным женским даром: она принимала его безумный творческий нрав абсолютно без упреков. Она легко прощала ему полную бытовую беспомощность — оставшись за главного во время ее командировок, он мог запросто варить сыновьям пельмени в холодной воде. Более того, в лихие девяностые Сергей однажды вышел на улицу покурить и бесследно исчез на целых две недели. Появившись на пороге с букетом цветов, он невозмутимо объяснил пораженной жене, что просто слишком долго гулял по набережной и потерял счет времени. И для их необычной творческой семьи это считалось в порядке вещей.
У супругов выросли двое замечательных сыновей. Старший, Александр, родившийся в 1981 году, продолжил дело прославленного деда и стал архитектором. А младший, Иван (1983 года рождения), выбрал сцену, окончив Щепкинское училище и став актером Театра Моссовета. Проснувшись знаменитым после роли баскетболиста Александра Белова в драме «Движение вверх», Иван унаследовал от отца не только талант, но и склонность к поспешным юношеским решениям. Он женился в девятнадцать лет и сбежал от первой жены-однокурсницы на следующий день после свадьбы, просто осознав свою ошибку. Сейчас он счастлив во втором браке с актрисой Линой Раманаускайте и воспитывает трех дочерей: Авдотью, Веру и Лизавету. Отец всегда был для Ивана непререкаемым авторитетом — когда тот получил тяжелейшую травму спины на съемках и тяжело восстанавливался, Сергей пресекал любые проявления слабости жесткой армейской мудростью: десантники не плачут.
Эту спартанскую выдержку Колесников вынес из Воздушно-десантных войск, где строгая муштра и прыжки с парашютом научили его стойкости. А свой непокорный характер он ковал еще с малых лет. В семье инженера Марии Павловны, где так ждали девочку и заранее накупили ползунков с бантиками, в январе 1955 года появился третий по счету мальчишка, доведя мать до слез искреннего разочарования. Детство в районе Москворечье, напоминавшем тогда неблагоустроенную деревню, было по-настоящему диким. Однажды маленький Сергей подбил дворовую шпану угнать пасшихся у дороги коней. Вообразив себя вольными кочевниками, они умчались в лес, но к утру жеребята разбежались, а голодные угонщики понуро вернулись по домам, где их заперли перепуганные родители, кричавшие о цыганах. На расспросах Колесников хитро щурился и молчал, делая вид, что виноват его старший брат Владимир, якобы владевший приемами дзюдо.
Семья жила небогато, и чтобы раздобыть лакомства, мальчик не стеснялся зарабатывать пением по пути в Апрелевку к крестной. Его жалобный вокал с надрывом в переполненных подмосковных электричках заставлял сердобольных женщин пихать ему в карманы печенье и куски вареной колбасы, которые он тут же отдавал на растерзание дворовой компании. Позже, сбежав со стройки в номенклатурном пионерлагере к знакомым, юный Сережа поддался на уговоры сверстников и впервые в жизни выпил самогона, чтобы не казаться слабаком. Очнувшись в грязной собачьей будке, он получил от отца суровую трепку до синяков. Юношеское бунтарство только крепло: купив на выпрошенные у матери последние семь с половиной рублей заветную гитару, он стирал пальцы в кровь, разучивая аккорды. Влюбившись в ритмы стихов Маяковского, он однажды накинул котомку, заявив, что уходит скитаться по Руси, чтобы учить людей жить по совести. Лишь отчаянный жест матери, легшей на пол поперек порога, заставил его сдаться после долгого молчаливого противостояния.
Даже путь в профессию оказался для него парадоксальным. Школьная учительница английского откровенно высмеивала его в лицо, пророча карьеру клоуна. Оказавшись на прослушивании в Школу-студию МХАТ и порядком устав от унылого бормотания десятков других абитуриентов, Колесников впал в ярость. Он прочитал хрестоматийную «Ворону и Лисицу» настолько дико и экспрессивно, что комиссия, включая Софью Пилявскую и Владимира Богомолова, покатилась со смеху. Его зачислили со второй попытки, открыв дорогу к долгой славе.
Незаметно минуло три года с момента ухода этого ранимого, щедрого бунтаря, готового отдать последнюю куртку случайному другу. Но когда по телевизору вновь транслируют старые уютные эфиры, зрителям на секунду кажется, что обаятельный хозяин фазенды просто шагнул за кадр. Словно он, как тогда, в девяностые, просто вышел покурить — и скоро обязательно вернется, хитро прищурившись на солнце.
