Я каждый раз не мог ему отказать, потому что в будущем мне тоже возможно потребуется помощь, а обратиться будет не к кому, так как я сам ничем не помогаю окружающим. Дядя действительно получал практически минимальную зарплату, но даже если просил у меня в долг, он всегда отчитывался, куда тратит деньги и я видел, как он старается экономить, поэтому иногда даже возвращал долги.
Через некоторое время он все чаще был в хорошем настроении, научился радоваться жизни и наслаждаться каждым моментом, поэтому о своем времяпровождении в тюрьме практически забыл. Единственное, что его выдавало, так это то, что он общался как настоящий заключенный, а его товарищи с работы постоянно шутили на эту тему, но родственник старался как можно реже говорить об этом, дабы люди перестали от него отворачиваться, ведь он не хотел терять новых знакомых. Но совершенно внезапно меня снова потрясла новость об уходе дяди.
Самое интересное, что он лично мне ничего не сообщил и о том, что он съехал с квартиры я узнал только от хозяйки, которой я постоянно перечислял деньги за аренду жилья. В один прекрасный момент она решила наведаться в гости к родственнику, но квартира оказалась пустой и мой дядя даже вещей никаких не оставил, кроме одного листка бумаги, на котором было написано:
“Максим, я очень рад, что ты такой неравнодушный родственник, который помог мне в трудную минуту, хотя даже не помнил меня. Я очень благодарен тебе за поддержку, вот только свободная жизнь меня не устраивает, я все никак не мог освоиться в этом мире. Благодаря тебе мне удалось встретиться со своей сестрой и с некоторыми остальными родственниками.
Я для себя решил, что мне лучше продолжить жить в тюрьме, ведь жизнь там для меня более комфортна и привычна. Я думал, что мне станет гораздо легче, когда меня наконец-то освободят, но по моему опыту могу сказать, что бывших заключенных на свободе никто даже видеть не хочет и боится. Именно поэтому у меня настолько маленький круг общения. Я слышал много гадостей в свой адрес даже от сотрудников, которые знали о моем темном прошлом, но никому не было интересно, что я на самом деле чувствовал”.
