Она повернулась к молодожёнам.
— Добрый вечер, Камилла, — произнесла женщина негромко, но удивительно чётко. — И тебе добрый вечер, Денис.
Невеста презрительно поджала губы и сложила руки на груди.
— Ну и что теперь? Будете объяснять, почему не нашли денег на приличный подарок? Или решили таким способом нас опозорить перед гостями?
— Послушай меня внимательно, девочка, — ответила Надежда Васильевна ровным голосом. — За всю свою жизнь мне ни разу не приходилось оправдываться за честный труд и скромную одежду. Тем более перед людьми, которые считают, будто стоимость костюма определяет ценность человека.
Она на мгновение остановилась.
— Совсем недавно, возле женской уборной, я случайно услышала твой разговор с подругой. Слышала, как ты высмеивала моё платье, мои натруженные руки, мою обувь. Слышала, как называла меня деревенской нищенкой и утверждала, будто я явилась сюда только ради бесплатного ужина.
Камилла резко побледнела.
Её взгляд заметался по залу.
Она открыла рот, собираясь что-то возразить, но не сумела произнести ни слова.
Надежда Васильевна посмотрела на племянника.
— А ты, Денис…
Голос женщины впервые дрогнул.
— Ты находился рядом. Всё слышал. И позволил унижать меня, хотя прекрасно знаешь, сколько сил я отдала ради тебя. Ты молча выслушал оскорбления в адрес женщины, которая заменила тебе мать. Ты даже не попытался защитить память своей родной мамы и уважение к нашему дому.
Денис вздрогнул.
Он словно получил сильную пощёчину.
— Тётя Надя… Я… Ты не так поняла… Я вовсе не хотел…
— Нет, Денис, я всё поняла правильно, — перебила его женщина. — Тебе захотелось красивой, обеспеченной жизни. Захотелось попасть в общество богатых людей, носить дорогие вещи и пользоваться чужими деньгами. И ради этого ты оказался готов забыть, кем был и кто помог тебе стать взрослым человеком.
Она обвела взглядом притихший зал.
— Только вот беда: за сверкающими фасадами нередко скрывается самая обыкновенная пустота. Ваши роскошные подарочные конверты сегодня прекрасно это доказали.
После этих слов Надежда Васильевна медленно расстегнула жакет.
Она достала из внутреннего кармана аккуратно сложенный договор с официальными печатями автомобильного салона.
Следом появился крупный электронный ключ с кожаным брелоком.
— Сегодня я действительно приехала на свадьбу не с пустыми руками, — продолжила женщина. — Изначально в том белом конверте находился совсем другой подарок.
Она подняла ключ повыше.
Под ярким светом прожекторов сверкнул металлический значок японского автомобильного производителя.
— На парковке этого ресторана стоит совершенно новый белый кроссовер. Его стоимость — четыре миллиона пятьсот тысяч рублей. Машина полностью оплачена моими собственными деньгами. Ни кредитов, ни долгов, ни чужой помощи.
В зале послышались удивлённые возгласы.
— Я приобрела его для тебя, Денис. Хотела сделать свадебный подарок, чтобы у тебя с первых дней семейной жизни была надёжная машина. Чтобы ты мог спокойно работать, строить будущее и не зависеть от других.
Камилла застыла.
Её глаза расширились, губы приоткрылись, а лицо приобрело совершенно растерянное выражение.
— Четыре с половиной… миллиона? — еле выговорила она. — Настоящий новый кроссовер?!
Отец невесты мгновенно вскочил из-за стола.
От резкого движения он едва не опрокинул стеклянный графин.
— Подождите! — громко потребовал он. — Что за автомобиль? На кого он зарегистрирован? Где бумаги?!
Надежда Васильевна повернулась к нему.
— Бумаги у меня, господин вице-президент, — спокойно ответила она. — Все документы настоящие, оформлены официальным дилером. Но юридически автомобиль пока принадлежит мне.
Мужчина застыл.
— И передавать его кому-либо я больше не собираюсь, — продолжила женщина. — Ключи тоже останутся у меня. Я хотела помочь достойному мужчине начать самостоятельную жизнь. Но, как выяснилось, мой племянник пока не способен даже постоять за честь собственной семьи.
Она посмотрела Денису прямо в глаза.
— А вручать дорогую машину человеку, который меняет совесть на возможность сидеть за богатым столом, — всё равно что рассыпать жемчуг перед теми, кто не понимает его ценности.
Денис внезапно опустился на колени прямо посреди сцены.
Дорогие брюки коснулись пола, а сам он протянул к тёте дрожащие руки.
— Тётя Надя! Родная моя! Мамочка Надя! — отчаянно заговорил он. — Прости меня, пожалуйста! Я всё испортил! Я повёл себя как последний идиот! Я словно ослеп! Я не должен был молчать! Умоляю, не отворачивайся от меня! Я сейчас же уеду с тобой! Брошу всё! Только прости!
Камилла несколько мгновений неподвижно смотрела на происходящее.
Но стоило ей осознать, что дорогой автомобиль действительно может исчезнуть из их жизни, как она резко оживилась.
Девушка схватила жениха за рукав смокинга.
— Денис! Немедленно поднимайся! — закричала она. — Ну зачем ты устраиваешь такую сцену?!
Затем её голос неожиданно стал приторно-ласковым.