***
Телефон зазвонил около восьми часов вечера. В этот момент Анна спокойно наслаждалась горячим чаем на кухне своей новой квартиры. Из соседней комнаты доносились оживлённые голоса Максима и Полины: близнецы никак не могли решить, кому достанется верхняя полка большого шкафа.
Женщина не стала торопиться. Она неспешно допила чай, поставила чашку на стол и лишь после пятой настойчивой попытки мужа наконец приняла вызов.
— Аня! Да что же это такое, чёрт побери?! Что здесь произошло?! — голос Игоря срывался на пронзительный визг. — Квартиру обчистили! Здесь совершенно ничего нет! Я сейчас же вызываю полицию!
По характерному гулкому эху в телефонной трубке было понятно, что он стоит посреди абсолютно пустого помещения.
— Не нужно никого вызывать, Игорь. Это я вывезла вещи.
В ответ наступило продолжительное, тяжёлое молчание. До Анны доносилось только хриплое, неровное дыхание потрясённого супруга.
— Ты… Ты что вообще натворила?! — наконец выговорил он, окончательно растеряв прежнюю уверенность. — Что за безумие?! Куда исчезла кухня? Где моя кровать?!
— Твоя кровать никуда не исчезала, Игорь. Она по-прежнему находится там, где стояла раньше. Точнее, это тот самый чудесный старый диван, на котором ты прекрасно спал до нашего знакомства, — совершенно невозмутимо объяснила Анна. — А всё остальное приобреталось исключительно на мои деньги. Документы и чеки у меня сохранились. Кредиты, покупки в рассрочку, договоры — всё оформлено на моё имя. Поэтому я просто вывезла принадлежащие мне вещи.
— Да ты совсем с ума сошла! — истерично закричал Игорь. — Мы законные супруги! Это наше общее имущество! Я на тебя в суд подам!
— Пожалуйста, обращайся, — спокойно ответила Анна, невольно улыбнувшись. — Только обязательно объясни судье, что средства на ремонт я взяла из собственных накоплений, сделанных ещё до свадьбы, а также из своей зарплаты. В то время как твоё участие ограничивалось оплатой коммунальных услуг. Кстати, счета за интернет я предусмотрительно положила тебе на подоконник. Если ночью будет холодно, можешь ими укрыться. Всё-таки ты так ими гордился.
— Ань… Анечка, ну подожди, — вдруг совершенно другим голосом заговорил Игорь. Его высокомерие исчезло так стремительно, словно со стены осыпалась некачественная штукатурка. Теперь он говорил жалобно, торопливо и почти умоляюще. — Ну зачем ты всё это устроила? Разве нельзя было нормально поговорить? Да, я признаю, что с детьми перегнул палку. Погорячился, виноват. У меня на работе постоянные неприятности, нервы ни к чёрту, ты же знаешь. Пусть дети приезжают! Все вместе будем жить, всем места хватит! Ты меня слышишь, Анечка? Возвращайся домой. Я действительно осознал свою ошибку!
Анна приблизилась к окну и посмотрела на улицу. Внизу один за другим загорались фонари, а тёплый августовский вечер словно обещал начало другой жизни — спокойной, счастливой и свободной от чужого эгоизма, унижений и предательства.
— Знаешь, Игорь, ты ведь с самого начала оказался прав. Моим детям действительно нечего делать в твоей квартире. Впрочем, как и моим вещам, моим деньгам и мне самой. Наслаждайся своей долгожданной тишиной.
Она завершила разговор, сразу же отправила его номер в чёрный список и направилась в детскую, чтобы помочь Максиму и Полине окончательно разобрать чемоданы.