Артём сидел за кухонным столом и крутил в руках маленькую серебряную ложечку — подарок бабушки, который хранил с детства. Кира стояла у плиты и мешала что-то в кастрюле. За эту неделю он уже в третий раз пытался поднять одну и ту же тему, но каждый раз упирался в глухую стену.
— Кир, мама спрашивала, когда мы к ней заедем. Она хочет познакомиться с тобой до свадьбы. Просто спокойно посидеть, выпить чаю.
— Артём, я уже всё сказала. Мне эти знакомства не нужны. У Валерии свекровь превратила жизнь в кошмар. У Зои — то же самое. Я не собираюсь повторять их ошибки.
— Но моя мама — другой человек. Она не свекровь Валерии и не свекровь Зои. Ты ведь это понимаешь?
Кира обернулась и посмотрела на него тем самым взглядом, после которого любые споры обычно прекращались. Артём глубоко вдохнул и положил ложечку на стол. Терпение он всегда считал своим главным достоинством.
— Послушай, у Даши со свекровью отличные отношения. Они вместе ходят на выставки, каждый день созваниваются. Значит, не все свекрови одинаковые.
— Даша — это Даша. А я — это я. У моих сестёр не теория, а реальный опыт. А твои примеры — это красивые истории про идеальные семьи.
— Но ты даже не попыталась дать маме шанс.
Кира положила ложку на стол и села напротив. Она взяла его руку и нежно провела пальцами по ладони. В этом прикосновении была ласка, но за ней чувствовалось твёрдое, упрямое решение.
— Я же не заставляю тебя общаться с моей мамой. Она для тебя будет тёщей, а тёща — это почти всегда конфликт. Давай просто жить отдельно от всех. Ты и я. Без лишних людей.
— Кир, я как раз не против познакомиться с твоей мамой. Почему ты решила, что я не хочу?
Она лишь пожала плечами и снова повернулась к плите. Артём понял: сегодня дальше они не продвинутся.
Галина Петровна позвонила в воскресенье утром. Артём был в ванной, а телефон лежал на журнальном столике. Кира посмотрела на экран, увидела слово «Мама» и после короткой паузы ответила на звонок.
— Больше сюда не звоните.
Она сразу нажала отбой и спокойно положила телефон обратно. Когда Артём вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем, Кира сидела на диване и листала журнал, будто ничего не случилось. Он взял телефон, увидел вызов от матери и перезвонил.
— Мам, ты звонила? Извини, я не слышал.
На том конце несколько секунд стояла тишина. Потом Галина Петровна тихо сказала:
— Артёмушка, мне ответили с твоего телефона. Женщина. Сказала, чтобы я больше не звонила.
Артём медленно опустил полотенце. Посмотрел на Киру. Та продолжала переворачивать страницы с видом человека, занятого очень важным делом.
— Мам, я тебе перезвоню.
Он сел рядом с Кирой и забрал у неё журнал. Она подняла глаза. В них не было ни стыда, ни сожаления.
— Зачем ты так сделала?
— А что я такого сказала? Просто обозначила границы. Она слишком часто тебе звонит.
— Это моя мать. Она звонит мне. На мой телефон. Сейчас ты ей позвонишь и извинишься.
— Артём, ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно серьёзно.
Кира раздражённо закатила глаза, но по его лицу поняла, что он не отступит. Она набрала номер, сухо произнесла несколько вежливых фраз, завершила звонок и ушла в спальню, хлопнув дверью. Артём остался сидеть на диване. Неприятный осадок лёг внутри тяжёлым вязким комом.
Через три дня Кира вернулась домой с новой идеей. Она устроилась рядом, обняла его за шею и заговорила тем мягким, сладким голосом, который раньше казался ему очаровательным.
— Давай перед свадьбой куда-нибудь улетим? На море. На недельку. Турция или Египет — выбирай сам. Отдохнём, загорим, настроимся на праздник.
— Кир, я только ипотеку закрыл. У меня ещё два кредита висят. На какие деньги мы полетим?
— Ну попроси у мамы. Она ведь одна живёт, особо тратиться ей не на что. Наверняка что-то накопила.
Артём медленно отстранился и посмотрел на неё так, будто впервые увидел по-настоящему. Воздух между ними стал плотным и тяжёлым.
— Подожди. Ты не хочешь с ней знакомиться. Ты запрещаешь ей звонить. Ты грубишь ей по телефону. Но взять у неё деньги — это нормально?
— Это совсем другое.
— Нет, Кира. Это одно и то же. И называется это совесть.
Кира молча поднялась и ушла в спальню. На этот раз дверь закрылась тихо, но эта тишина прозвучала громче любого хлопка.
Галина Петровна приехала в город навестить сестру. Тётя Рита лежала в больнице после неудачного падения: перелом лодыжки, гипс, капельницы. Галина Петровна просидела с ней почти до вечера, поправляла подушки, помогала пить воду и рассказывала домашние новости.
— Ритуль, я потом к Артёму заеду, хорошо? Он в прошлый раз у тебя брелок забыл. Тот, с маяком. Ему он дорог, ещё от деда остался.
— Заезжай, конечно. Только с этой его невестой осторожнее. Артём Дашке рассказывал, а Дашка уже мне.
— Я просто брелок отдам и сразу уйду.
Галина Петровна доехала до дома сына. Поднялась на четвёртый этаж и нажала на звонок. Дверь открыла Кира. Она была в домашнем халате, волосы собраны в небрежный пучок. Её взгляд мгновенно стал холодным.