— Спасибо тебе, Вадим, — ответила я.
И благодарность моя была совершенно искренней.
Потом обвела взглядом остальных.
— Теперь задам последний вопрос, и больше задерживать никого не стану. Поднимите, пожалуйста, руку те, кому Тамара Павловна в августе подарила свою квартиру.
Лицо Аллы мгновенно изменилось.
По шее и щекам поползли яркие красные пятна.
— Света! Ты вообще соображаешь, что говоришь?! Какое тебе до этого дело?!
— Никакого, Алла. Совершенно никакого. Именно поэтому обязанности постоянной сиделки я на себя не принимаю. По закону о нуждающихся родителях должны заботиться их взрослые дети. А если рассуждать по совести, то особенно странно ожидать всего от меня, когда квартиру получила совсем другая женщина.
— Света, немедленно сядь, — прошипел Гена, дёргая меня за рукав.
Тамара Павловна сидела с идеально прямой спиной.
Но смотрела она теперь не на меня.
Её взгляд был прикован к Алле.
Я открыла сумочку, достала ключ, привязанный к красной атласной ленте, и аккуратно положила его на скатерть рядом с бокалом свекрови.
— Поздравляю вас с юбилеем, Тамара Павловна.
После этих слов я развернулась и направилась к выходу.
Останавливать меня никто не стал.
В гардеробе молодая сотрудница долго не могла отыскать мою куртку. Я всё протягивала ей номерок, не замечая, что держу его перевёрнутым.
Из банкетного зала доносились возмущённые возгласы Аллы, среди которых несколько раз прозвучало её привычное «ой, всё!».
Слышался скрежет отодвигаемых стульев.
На улице валил мокрый снег.
Я стояла на крыльце без головного убора, пыталась заказать такси и за это время дважды выронила телефон прямо в грязную снежную кашу.
С того юбилея прошло уже полтора месяца.
Теперь Алла действительно навещает мать.
Сначала начала приезжать исключительно по выходным, а с декабря стала появляться через день.
Оказалось, в тот самый праздничный вечер Тамара Павловна позвонила дочери и пригрозила обратиться в суд с требованием о содержании. Причём сказала, что потребует помощи со всех своих детей, но первым делом займётся той, кому досталась квартира.
Разумеется, никаких судебных заявлений свекровь так и не подала.
Зато Алла теперь приходит.
Правда, всем родственникам Тамара Павловна рассказывает, что невестка устроила ей публичное унижение в день рождения.
Вадим отправил в семейный чат расписание поездов на июнь.
Те двадцать тысяч рублей, которые Гена взял с нашего общего накопительного счёта и перечислил ресторану, обратно так никто и не вернул.
Алла также не внесла свою треть за праздничное застолье.
В итоге оставшуюся сумму муж заплатил из собственной зарплаты.
Теперь каждую субботу Гена самостоятельно ездит к матери.
Возвращается домой молчаливым.
Практически перестал со мной разговаривать. Общаемся только по бытовым вопросам: какие счета нужно оплатить, что купить в магазине и какие дела ещё остались.
Неделю назад мы ужинали на кухне.
Муж сидел напротив и вдруг, не поднимая глаз от тарелки, сказал:
— Свет, можно ведь было обойтись без этого спектакля с поднятыми руками. Поговорила бы со мной дома, и решили бы всё спокойно. Мать теперь даже перед соседями показаться стесняется. А ты ходишь, будто очень довольна собой.
Я тогда ничего ему не ответила.
А ключ с красной ленточкой вернулся ко мне буквально на следующий день после юбилея.
Свекровь передала его через Гену и попросила сказать, чтобы ключ всё-таки оставался у Светы. На всякий случай, вдруг когда-нибудь понадобится.
С тех пор он лежит в ящике тумбочки возле входной двери.
Иногда я вспоминаю о нём, когда достаю оттуда какую-нибудь мелочь.
Но сам ключ больше не трогаю.
А как вы считаете: правильно ли я поступила, задав перед всеми гостями второй вопрос — о подаренной квартире? Или достаточно было спросить детей, кто готов ухаживать за матерью по понедельникам?
Все опубликованные на канале текстовые материалы защищены авторским правом. Их копирование, распространение, размещение на сторонних интернет-ресурсах и любое другое использование без предварительного разрешения правообладателя запрещены. Использование материалов в коммерческих целях не допускается.
По просьбе читательницы некоторые имена изменены, а сведения о населённых пунктах скрыты или скорректированы.