Юлия тоже не выходила на связь.
Иногда Глеб грустил. Все-таки мать оставалась его матерью, и он по ней скучал.
Но Ирина видела, что о своем решении муж не жалеет.
Граница наконец была проведена.
Помощь семье закончилась ровно там, где начались наглость и требования.
Прошел еще год.
Однажды Глеб получил сообщение от Льва.
Зять сообщил, что Юлия беременна. Они ждут ребенка, и ему хотелось бы, чтобы семьи наконец помирились.
Муж показал сообщение Ирине.
— Что думаешь? — спросил он.
— Решать тебе. Это твоя сестра и твоя мать.
— Но ведь ты тоже часть семьи.
— Я не против встретиться. Но только если Юлия сможет нормально извиниться.
— До сих пор из-за серег?
— Не только из-за них. За серьги. За обвинения. За истерики. За требования денег. За отношение ко мне.
— Как думаешь, она это сделает?
— Не знаю.
Глеб ответил Льву, что готов встретиться с сестрой, но только при одном условии: Юлия должна признать, что тогда была неправа.
Зять написал, что передаст ей его слова.
Ответа долго не было.
А потом на телефон Глеба пришло короткое сообщение:
«Извиняться не собираюсь. Я до сих пор считаю, что неправы были вы».
Глеб молча протянул телефон жене.
Ирина прочитала и слегка усмехнулась.
— Ну вот. Теперь хотя бы все окончательно понятно.
— Значит, не мириться?
— Это должен решить ты, Глеб.
Муж несколько секунд смотрел на экран.
Потом удалил переписку и отложил телефон.
Больше эту тему он не поднимал.
Ирина продолжила жить спокойно.
Без требований Есении Павловны.
Без показных слез Юлии.
Без бесконечного давления родственников мужа.
Глеб наконец установил собственные границы и научился защищать жену.
Для Ирины это значило гораздо больше, чем любые разговоры о кровном родстве.
Иногда она доставала из шкатулки те самые серьги с сапфирами.
Надевала их на праздники, важные встречи или просто когда хотелось выглядеть особенно красиво.
И каждый раз вспоминала ту историю.
И думала об одном и том же.
Хорошо, что тогда потребовала вернуть украшение.
Хорошо, что не промолчала.
Хорошо, что не позволила втянуть себя в игру, в которой всегда должна была бы уступать ради чужого удобства.
Семья действительно важна.
Но уважение не менее важно.
И если родственники считают, что могут брать чужое, требовать деньги и обвинять человека за отказ, такие отношения начинают приносить только вред.
Ирина поняла это еще тогда, с серьгами.
Глебу понадобилось больше времени.
Но в конце концов понял и он.
И именно это было главным.
Жизнь продолжалась.
Без Есении Павловны.
Без Юлии.
Без постоянных претензий, истерик и обид.
Тихая, спокойная и вполне счастливая.
Ирина работала.
Глеб тоже.
Они откладывали деньги, выбирали место для отпуска, строили планы и думали о будущем.
О своем будущем.
Без людей, которые берут чужое и не считают нужным возвращать.
Без тех, кто требует огромные суммы и объявляет предателями всех, кто отказывается платить.
Без людей, которые никогда не умеют признавать собственные ошибки.
Ирина научилась беречь свои границы.
И больше никому не позволяла их нарушать.
И именно поэтому жила спокойно.