Первой мыслью Майи было, что Леонид зачем-то решил открыть прямо в прихожей небольшой магазин товаров для дачи.
Рядом с обувницей громоздились три внушительных пакета. Из одного выглядывала пара резиновых сапог, во втором находились несколько упаковок рабочих перчаток, средство от насекомых, крем от солнца и широкая панама. Третий пакет был до отказа забит старой одеждой: вытянутыми футболками, спортивными брюками и кофтой, которую Майя уже несколько лет порывалась отправить в мусор, но муж неизменно останавливал её словами:
— Не выбрасывай. Для гаража ещё пригодится.
Похоже, теперь у старой кофты намечалась новая карьера.
Майя поставила пакет с покупками на тумбу и внимательно посмотрела на мужа.
— У нас намечается срочная эвакуация?
Леонид не улыбнулся. Напротив, по его довольному лицу было видно, что собственной предусмотрительностью он вполне гордится.
— Я тебя почти полностью собрал. Сапоги взял тридцать девятого размера, как у тебя. Перчатки специально маленькие нашёл. Репеллент хороший — мама точно таким же пользуется.
— Интересно. А куда именно ты меня собрал?
Леонид посмотрел на неё с удивлением, словно ответ был настолько очевиден, что вопрос вообще не требовался.
— На дачу.
Майя снова посмотрела на мужа, потом перевела взгляд на резиновые сапоги.
Стоял конец июня. Живот уже невозможно было не заметить — шёл седьмой месяц беременности. Всего неделю назад они с Леонидом обсуждали, что в субботу заедут к его матери, Галине Петровне. План был простой: пожарить рыбу, Майя отдохнёт на веранде, а Леонид наконец починит дверцу теплицы, которая давно расшаталась.
Насколько Майя помнила, пункта «переехать к свекрови до самых родов и выглядеть как сезонный работник сельхозпредприятия» в этом плане точно не было.
— Лёнь, это шутка?
— А что тебя удивляет? Там тебе только лучше будет. Воздух свежий, тихо. А здесь в городе жара и духота.
Он принялся доставать вещи из пакетов, словно проводил презентацию удачной покупки.
— Смотри: сапоги. Перчатки. Мама хотела вроде дать тебе свою панаму, но я подумал — зачем тебе чужая? Купил новую.
— Какая забота.
Майя разулась и неторопливо прошла на кухню.
Леонид двинулся за ней.
В свои тридцать четыре года он работал инженером в компании, обслуживающей оборудование для магазинов. Утром обычно уходил около восьми, а домой возвращался уже после семи. Майя была младше его на три года. Она работала бухгалтером в небольшой фирме и последние два года практически полностью выполняла свои обязанности из дома.
И именно это обстоятельство, как оказалось, однажды сыграло против неё.
По непонятной причине Леонид решил, что если жена не едет утром через полгорода в офис, значит её рабочий день состоит главным образом из кофе, отдыха и просмотра сериалов.
Хотя каждый день видел собственными глазами: в девять утра Майя открывала ноутбук и закрывала его ближе к шести вечера. А иногда и после ужина продолжала отвечать руководителю или сверять документы.
— А работать я откуда должна? — спросила она.
— С дачи. Интернет там нормально работает.
— Допустим. Тогда объясни, зачем мне рабочие перчатки?
Вот теперь Леонид понял, что разговор наконец дошёл до главной части его замечательного замысла.
— Ну не будешь же ты там целыми днями только за компьютером сидеть?
Майя молча смотрела на него несколько секунд.
— Я собираюсь работать.
— Я говорю о времени помимо работы.
Вот теперь ситуация действительно становилась интересной.
Дача находилась у Галины Петровны уже около двадцати лет. Небольшой домик, баня, теплица и участок, на котором свекровь ежегодно словно пыталась обеспечить овощами половину Центральной России.
Помидоры трёх разных сортов.
Огурцы четырёх сортов.
Картофель.
Кабачки.
Морковь.
Свёкла.
Лук.
Чеснок.
Разная зелень.
Клубника.
И отдельная загадочная грядка с патиссонами, к которым никто в семье особой любви не испытывал, но Галина Петровна неизменно выращивала их каждый сезон, будто считала своим долгом поддерживать существование патиссонов как вида.
Каждый свободный кусочек земли немедленно вызывал у свекрови желание что-нибудь туда посадить.
До недавнего времени она справлялась со всем хозяйством самостоятельно. Леонид приезжал по субботам: копал там, где нужна была мужская сила, носил воду, поднимал тяжёлые мешки, что-нибудь ремонтировал.
Но этой весной у Галины Петровны стала болеть спина.
Ничего опасного врачи не обнаружили, однако настойчиво посоветовали женщине перестать вести себя так, будто ей двадцать пять и она участвует в соревновании передовиков сельского хозяйства.
После визита к врачу свекровь несколько раз говорила сыну:
— Придётся уменьшать огород. Или вы помогайте чаще. Одной мне теперь всё это хозяйство уже тяжело тянуть.
Просьба была вполне понятной и разумной.
Однако Леонид каким-то удивительным образом пропустил её через собственную систему перевода.