— Сюрприз, надо признать, получился великолепный. Я оценила твою фантазию.
Я убрала телефон обратно в сумку и сложила руки на груди.
— Ты не был ни на какой северной вахте. Тебя уволили с позором за постоянное пьянство еще восемь месяцев назад. Мне лично звонил твой бывший бригадир.
Паша открыл рот и начал судорожно хватать воздух. Вся его дешевая самоуверенность испарилась мгновенно, оставив после себя только испуг.
— Все эти восемь месяцев ты жил у своей новой женщины в соседнем районе. А мне переводил жалкие десять тысяч рублей в месяц, изображая из себя сурового добытчика.
— Марина, прошу тебя, выслушай! — он попытался ухватить меня за руку влажными, дрожащими пальцами.
— Она последняя стерва! Сегодня утром выставила меня на мороз! Я остался без копейки! Мне даже ночевать негде!
— И поэтому ты решил прийти сюда, устроить громкий скандал из-за чужой пены для бритья и выставить меня виноватой в нашем разрыве?
— Я хотел как лучше! Я же вернулся в законную семью! Мы всё переживем! Я мужик, оступился, но обязательно встану на ноги! Ты обязана дать мне шанс!
— Мы ничего переживать не будем. Твой запас доверия закончился окончательно.
Я взяла с деревянной тумбочки возле зеркала ключи от его Киа Рио.
— Эй, ты зачем ключи забираешь?! Это моя машина! Я на ней в такси пойду, чтобы хоть на еду заработать!
— По документам машина принадлежит мне. Я продам ее, чтобы закрыть твои долги по кредиту. А остаток пойдет на оплату адвоката по разводу.
Я широко распахнула входную металлическую дверь. Из подъезда сразу потянуло холодным осенним сквозняком.
— А теперь бери свою спортивную сумку и уходи из моего дома.
— Куда я пойду?! На дворе ноябрь! У меня даже на автобус денег нет! — истерично заорал Паша, разбрызгивая слюну от отчаяния.
— Можешь пешком дойти до своей блондинки. Или к маме. Твои маршруты меня больше совершенно не интересуют.
— Ты не имеешь права меня выгонять! Я здесь прописан! Я твой законный муж, у меня есть права на эту квартиру!
— Эта квартира досталась мне по наследству от бабушки задолго до нашего брака. А твоя временная регистрация закончилась ровно год назад.
Я решительно вытолкнула его тяжелую дорожную сумку на лестничную площадку. Пластиковое дно громко заскребло по кафельному полу.
— У тебя ровно десять секунд, чтобы выйти самостоятельно. Потом я вызываю полицию и пишу заявление о незаконном проникновении постороннего лица.
Паша затравленно посмотрел по сторонам. Наконец до него дошло, что его безупречный план бесплатного возвращения с грохотом провалился.
Он ссутулился и переступил через порог, зло бормоча под нос грязные ругательства.
— Ты еще пожалеешь! Да кому ты нужна в свои сорок пять! Сама приползешь ко мне на коленях просить прощения, только поздно будет!
Я резко захлопнула тяжелую дверь прямо перед его лицом. Дважды повернула хромированный замок.
В квартире наступила чистая, звенящая тишина. Я поправила перед зеркалом теплый шарф, взяла сумку и вышла из дома. Мне нужно было ехать на работу. Впереди меня ждал прекрасный день, чистая квартира без запаха перегара и долгожданный бракоразводный процесс.