— А собственные поездки?
— Собственных у меня почти и не было.
Лидия Степановна ничего не сказала.
Только осторожно взяла Ульяну под руку.
И дальше вдоль крепостной стены они пошли уже вместе, держась друг за друга.
Вечером того же дня, сидя на балконе, Ульяна наконец рассказала свою историю целиком.
О туристическом агентстве, которое окончательно закрылось в июне.
О том, как пришлось съехать из прежней квартиры, потому что платить за двухкомнатное жильё в одиночку стало невозможно.
О вечерах, когда она возвращалась домой и даже не включала свет.
Потому что при ярком освещении слишком отчётливо бросалось в глаза: вещей в квартире стало почти вдвое меньше.
Лидия Степановна сидела напротив в пластиковом кресле, подобрав под себя ноги.
Она не задавала лишних вопросов и ни разу не перебила.
Не произносила привычного «всё обязательно наладится».
Не пыталась утешать словами «ты ведь ещё такая молодая».
Лишь однажды молча поднялась, сходила на кухню и вернулась со спелым персиком.
Вложила его Ульяне в ладонь и снова села слушать.
Когда девушка закончила, Лидия Степановна немного помолчала.
— Знаете, что я вам скажу? Мне шестьдесят три года. И целых тридцать лет я приезжала на море исключительно с Ниной. Потому что боялась отправиться куда-нибудь одна. Не потому, что нам с сестрой так уж замечательно отдыхается вместе. Если откровенно, на третий день мы обычно начинаем ругаться. Просто мне было страшно путешествовать самостоятельно.
Она ненадолго замолчала и посмотрела в сторону лимана.
— И вот наконец набралась смелости. Решила поехать без Нины. Приехала, представляете? А здесь вы!
— Простите, — рассмеялась Ульяна.
— Да не за что вам извиняться. Я совсем о другом говорю. Вам кажется, будто последний год только отнимал у вас что-то важное. А может, он просто привёл вас именно сюда. На мой балкон.
— На наш балкон, — тихо поправила девушка.
— Ну хорошо, пусть будет наш, — великодушно согласилась Лидия Степановна. — Только кровать всё равно моя!
За оставшиеся дни они успели столько всего, будто приехали отдыхать минимум на месяц.
Однажды отправились на катере смотреть дельфинов.
И дельфины действительно появились.
Сразу трое выплыли прямо возле борта, выныривая из воды и снова исчезая в волнах.
Лидия Степановна так громко кричала от восторга, что даже дети оборачивались в её сторону.
В другой день они обнаружили уютный рыбный ресторанчик неподалёку от лимана.
Хозяином заведения оказался усатый Михаил.
После второго посещения он уже узнавал обеих женщин и даже перестал приносить им меню.
Вместо этого сразу подавал скумбрию, приготовленную на гриле.
Конечно, побывали они и на том самом маленьком пляже, спрятанном за зарослями шиповника.
Ульяна фотографировала всё вокруг.
Лидия Степановна с удовольствием позировала, меняла шляпы, поправляла платье и изображала задумчивый взгляд вдаль.
А потом решительно заявляла, что теперь настала очередь фотографироваться самой Ульяне.
— Станьте вот здесь! — распоряжалась она, держа телефон двумя руками, словно чашку с кипятком. — Чуть левее! Теперь смотрите на воду!
Фотографии получались забавными.
Иногда горизонт заваливался набок, иногда в углу кадра оказывался палец Лидии Степановны.
Но Ульяна не удалила ни одного снимка.
Все они остались в её телефоне.
Вечерняя привычка соседки тоже никуда не исчезла.
Каждый день ровно в десять Лидия Степановна включала своё любимое радио.
Ульяна постепенно перестала обращать на него внимание.
А в последнюю ночь вдруг поймала себя на совершенно неожиданной мысли.
Она уже ждала, когда начнётся знакомая передача про огород и овощи.
В воскресенье утром чемоданы снова выстроились на крыльце.
Огромный клетчатый, синий с туго затянутым ремнём и небольшой Ульянин рюкзак, который на фоне багажа Лидии Степановны выглядел совсем крошечным.
Виталий явился за ключами лично.
В руках он держал пакет свежего винограда, очевидно рассчитывая таким подарком ещё раз загладить свою вину.
— Девочки, вы уж простите меня, пожалуйста, — начал он, едва появившись на пороге. — Я и программу бронирования поменял, и всё перепроверил, чтобы больше такого не происходило…
— Виталий, — решительно перебила его Лидия Степановна, — вы нам лучше ответьте на один вопрос. В следующем августе эта квартира свободна?
Хозяин удивлённо заморгал.
— Ну… пока вроде никто не бронировал.
— Тогда записывайте. На двоих. С первого по восьмое августа. И на этот раз оформлять бронь буду лично я. По телефону, непосредственно с вами. Потому что вашим компьютерным программам доверия у меня больше нет!
Ульяна отвернулась, чтобы Виталий не заметил, как она смеётся.
Позже, уже сидя в автобусе по дороге домой, Ульяна открыла приложение для бронирования жилья.
Нашла ту самую квартиру, из-за которой неделю назад они с незнакомой женщиной едва не поссорились прямо на раскалённом крыльце.
Перед ней появилось пустое поле для отзыва.
Девушка долго смотрела на экран, подбирая слова.
А затем написала всего несколько предложений:
«Хозяин случайно оформил два бронирования на одну квартиру. Это оказалась лучшая ошибка, которая случилась со мной за последний год. Ставлю пять звёзд».
Ульяна перечитала написанное.
Немного подумала.
И заменила слова «за последний год» на «за последние несколько лет».
После этого нажала кнопку «Отправить».
И именно в ту секунду телефон коротко завибрировал.
Пришло сообщение от Лидии Степановны.
Как обычно, без всяких приветствий:
«Нина не верит, что на фотографии действительно я. Пришлите ещё несколько снимков. Особенно те, где я смотрю на воду».