— Слушай, вот этот подойдёт или хочешь другую модель?
Она нарочно ответила:
— Выбирай на своё усмотрение.
После небольшой паузы Станислав произнёс:
— Нет уж, дорогая. Теперь я без официального письменного указания собственницы недвижимости ничего самостоятельно не выбираю.
— На смеситель разрешение даю.
— Где документальное подтверждение?
— Считай, получила устное согласие.
— А свидетели имеются?
Так болезненный семейный конфликт постепенно превратился в шутку, понятную только им двоим.
Хотя Лариса всё равно внимательно наблюдала, не вернётся ли муж к старой привычке при первой удобной возможности.
Тем временем Оксана вместе с Егором арендовала небольшую двухкомнатную квартиру неподалёку от нового места работы. Здание было старым, кухня тесноватой, зато дорога до офиса на автобусе занимала всего пятнадцать минут.
Спустя пару недель Оксана позвала брата и его жену в гости на чай.
— Вот, смотрите, — сказала она, показывая комнату Егора. — Нашли всё самостоятельно. Без содействия государственного комитета по распределению жилплощади имени Станислава.
— Очень смешно, — проворчал брат.
Егор выглянул из-за монитора:
— Мам, а дядя Стас ещё продолжает раздавать недвижимость? Мне как раз гараж нужен!
Станислав снял кроссовок и шутливо замахнулся им на племянника.
Все дружно рассмеялись.
Лишь Любовь Андреевна ещё некоторое время придерживалась мнения, что родственники вполне «могли бы найти компромисс».
Впрочем, активно поднимать эту тему она перестала.
Особенно после того, как Оксана однажды прямо сказала матери:
— Мам, хватит уже. Это собственность Ларисы. Я бы тоже не обрадовалась, если бы кто-то без моего ведома заранее поселил посторонних людей в мою квартиру.
— Но ты ведь не посторонняя, ты родная!
— Вот именно. Поэтому у родных людей сначала спрашивают разрешения, а уже потом строят планы.
Примерно через месяц после того памятного разговора в бабушкину квартиру заселились арендаторы — молодые супруги Илья и Марина.
Оба работали, домашних животных у них не было, курили только на улице. Особенно они обрадовались тому, что одну из комнат можно переоборудовать под удобный домашний кабинет.
Договор аренды Лариса заключила от собственного имени.
Деньги от квартирантов поступали на отдельный банковский счёт, который она специально открыла для доходов от недвижимости. Часть суммы Лариса решила каждый месяц перечислять на досрочное погашение их совместного автомобильного кредита. Остальные средства пока оставляла в резерве: на возможные расходы по содержанию квартиры и формирование будущих накоплений.
На этот раз все финансовые вопросы супруги заранее подробно обсудили.
Причём Станислав сам поинтересовался:
— Какую сумму ты хочешь ежемесячно переводить за машину?
Не «сколько будем перечислять».
И не «давай сразу всё туда отправим».
Он именно спросил, какое решение хочет принять она.
Лариса обратила на это внимание, но комментировать не стала.
Слова сейчас были не главным.
Спустя ещё два месяца Любовь Андреевна между делом сообщила, что её двоюродная племянница скоро приезжает в город учиться и подыскивает временное жильё.
Разговор зашёл во время традиционного воскресного семейного обеда.
Свекровь произнесла:
— Может, у вас на примете есть какие-нибудь подходящие варианты? Ей бы комнатку подешевле.
Лариса даже не успела открыть рот.
Станислав отложил вилку.
— Мам, если ты намекаешь на квартиру Ларисиной бабушки, там давно живут арендаторы. И вообще, любые вопросы по этой квартире решает сама Лариса.
Любовь Андреевна недовольно махнула рукой.
— Господи, я ведь просто поинтересовалась!
— А я всего лишь заранее пояснил.
Лариса посмотрела на мужа.
Станислав перехватил её взгляд.
— Что такое?
— Ничего.
— Только не начинай.
— Я вообще ни слова не сказала.
— У тебя всё на лице написано.
— И что же именно?
— «Семейный отдел расселения больше не работает».
Лариса рассмеялась.
Станислав присоединился к её смеху.
Позднее, когда гости разошлись, Лариса загружала посудомоечную машину, а муж протирал обеденный стол.
— Кстати, — неожиданно вспомнил он, — Оксана собирается новый холодильник покупать.
— Какой ещё холодильник?
Станислав несколько мгновений смотрел на жену, затем сообразил.
— Да тот самый.
— Неужели?
— Представь себе. Старичок уже почти окончательно вышел из строя.
— Пять лет временного пользования. Неплохой срок.
— Оксана сказала, что может вернуть его нам, если захочешь.
Лариса мысленно представила старенький холодильник, успевший переехать вместе с золовкой из одной квартиры в другую, затем в третью, а теперь торжественно возвращающийся к первоначальным хозяевам.
— Нет уж. Пусть спокойно отправляется на заслуженную пенсию.
— Уверена?
— На все сто процентов.
Станислав кивнул.
— Значит, и с этим вопросом окончательно разобрались.
Он взял мусорный пакет и вышел из квартиры.
Лариса осталась одна на кухне и неожиданно подумала, что вся неприятная история с бабушкиным наследством принесла их семье гораздо больше пользы, чем представлялось поначалу.
И вовсе не потому, что ей удалось «показать мужу его место».
Подобные победы в семейной жизни редко заканчиваются чем-нибудь хорошим.
Гораздо важнее оказалось то, что Станислав наконец понял принципиальную разницу между двумя поступками, которые раньше казались ему практически одинаковыми: искренне поддержать близкого человека и щедро распорядиться чужим имуществом ради того, чтобы самому выглядеть благородным спасителем.
Оксана сумела найти подходящую квартиру.
Любовь Андреевна продолжала спокойно жить в любимом районе, рядом со своей поликлиникой, привычными магазинами и давними соседями.
А бабушкино жильё приносило Ларисе именно тот доход, ради которого она изначально и собиралась сдавать его арендаторам.
Никаких окончательно разрушенных отношений.
Никаких семейных разрывов.
Все по-прежнему оставались близкими людьми.
Просто теперь, прежде чем благородно спасать очередного родственника за счёт квадратных метров, принадлежавших другому человеку, Станислав неизменно вспоминал один короткий телефонный разговор.
И этого воспоминания, как выяснилось, оказалось вполне достаточно, чтобы самопровозглашённый начальник семейного жилищного управления снова стал обычным мужем.
Тем самым мужем, который хотя бы интересуется мнением хозяйки квартиры, прежде чем обещать кому-нибудь две комнаты в её доме.