Но в суде свекровь ждало неприятное открытие. Как главный бухгалтер, я привыкла хранить документы и вести финансы идеально. Я предоставила выписки со счетов, которые подтверждали: первоначальный взнос за квартиру был полностью внесён с продажи моей личной добрачной квартиры-студии. А последние месяцы ипотеку я оплачивала только из своих средств, потому что Денис на неё не давал ни копейки.
Суд решил: квартира остаётся за мной, с небольшой компенсацией Денису за те месяцы, когда платежи действительно считались общими. Алименты на Тему и выплаты на моё содержание также были назначены в законном размере.
Никакой машины Никита, разумеется, так и не получил. Работу торговым представителем он провалил уже в первый месяц, потому что на второй рабочий день опоздал на два часа. А Нина Андреевна теперь звонит общим знакомым и рассказывает, какая я бессердечная стерва, которая обобрала её «золотого мальчика» до нитки.
Прошло два года.
Темка пошёл в детский сад, я вернулась на работу и вскоре получила повышение до финансового директора. В квартире мы сделали ремонт, полностью стирая следы той прежней жизни.
Иногда я смотрю на сына, который смеётся, собирая конструктор на новом мягком ковре, и думаю: какое же счастье, что Нина Андреевна тогда пришла со своими пирожками. Если бы не её наглость, я могла бы ещё много лет жить в иллюзии нормальной семьи, обслуживая эгоизм мужа и его родственников.
А так я просто вовремя закрыла дверь перед теми, кто решил, что имеет право жить за мой счёт и за счёт моего ребёнка.