— Отдай телефон.
— Нет.
— Это касается только нас двоих.
Я обвела взглядом людей за столом.
— Наш брак ты превратил в разговор между собой и другой женщиной. Я всего лишь пригласила людей, которым ты всё это время врал.
Эвелин поднялась со стула.
— Кто она?
Джулиан ничего не сказал.
Тогда ответила я.
— Её зовут Натали Прайс.
Он резко посмотрел на меня.
Это был сюрприз номер два.
Натали работала в отделе Джулиана.
Тридцать один год. Недавно развелась.
Именно её имя четырнадцать раз появлялось в выписках по нашей общей кредитной карте за последние пять месяцев, скрытое за ресторанными счетами, которые Джулиан называл «ужинами с клиентами».
Я ничего не взламывала.
Я просто начала внимательно смотреть.
После того телефонного разговора я перестала верить его объяснениям и начала изучать документы.
— Что ещё ты сделала? — потребовал Джулиан.
Я наклонилась под стул и положила на стол бежевую папку.
— Копии наших банковских выписок. Счета из отелей. Переводы из общего накопительного счёта. И депозит за квартиру, который ты внёс три недели назад.
Его мать ахнула.
Отец Джулиана, Роберт, наконец заговорил.
— Квартиру?
Я кивнула.
— Похоже, Джулиан заранее готовился к новой жизни.
Он ударил ладонью по столу.
— Ты не имела права лезть в мои финансы.
— В наши финансы.
На полсекунды он замолчал.
Из люльки возле входа в гостиную заплакала Майя.
Каждый мой инстинкт тут же переключился на неё.
Я взяла дочь на руки.
Джулиан смотрел, как я прижимаю её к плечу.
А затем произнёс фразу, после которой во мне исчез последний остаток сомнений.
— Ты сама выставляешь себя сумасшедшей.
Атмосфера в комнате мгновенно изменилась.
Не потому, что он кричал.
А потому, что сказал это слишком быстро.
Слишком естественно.
Словно неоднократно репетировал.
Я посмотрела на него.
— Что ты сказал?
Он сразу попытался отступить.
— Я сказал, что ты слишком эмоциональная.
— Нет.
Я крепче прижала Майю.
— Ты сказал «сумасшедшая».
Джулиан потёр лицо.
— Ты родила восемь недель назад. Ты измучена. Записываешь людей. Собираешь родственников ради какой-то засады…
Моя мать встала.
— Осторожнее с тем, что говоришь.
Джулиан её проигнорировал.
— После рождения Майи ты вообще сама не своя.
Внутри меня словно что-то окончательно застыло.
Шесть дней я думала, что измена и была главным предательством.
Теперь я поняла, что ошибалась.
Я взяла второй конверт, лежавший возле моего стула.
— Я надеялась, что ты этого не скажешь.
Джулиан уставился на конверт.
— Что это?
— Подарок на годовщину.
Я подтолкнула его через стол.
Он открыл конверт.
Внутри лежала визитка адвоката по семейным делам, с которым я встретилась три дня назад.
А под ней — копия хронологии, которую я начала вести утром после того самого звонка: кормления Майи, визиты к педиатру, ночи, когда Джулиан возвращался после полуночи, ночи, когда он вообще не приходил домой, и все сообщения, в которых я просила его помочь мне с дочерью.
На секунду Джулиан будто перестал дышать.
Я поцеловала Майю в лоб.
— Я слышала, как ты планировал развестись со мной.
Мой голос оставался тихим.
— Поэтому решила не ждать, пока ты закончишь подготовку.
После того как все ушли, Джулиан последовал за мной на кухню.
Мои родители предлагали, чтобы я вместе с Майей поехала к ним, но я отказалась принимать поспешные решения, пока эмоции зашкаливали.
Мой адвокат заранее дал мне несколько простых рекомендаций: не бросать дом сгоряча, не опустошать банковские счета, ничего не ломать и фиксировать всё происходящее.
Поэтому я осталась.
По крайней мере на эту ночь.
Джулиан стоял у меня за спиной, пока я мыла бутылочку Майи.
— Ты меня унизила.
Я едва не рассмеялась.
Из всех возможных слов он выбрал именно это.
— Я тебя унизила?
— Ты включила эту запись перед моими родителями.
— Ты говорил, что ненавидишь меня, пока целовал другую женщину.
— Это совсем другое.
Я выключила воду.
— Объясни, чем именно.
Он не смог.
Поэтому решил зайти с другой стороны.
— Я уже давно несчастлив.
— Тогда мог бы сказать мне об этом.
— Ты была беременна.
— Тогда мог бы подождать.
— Ты всё время уставала.
— Я вынашивала твою дочь.
Он отвернулся.
Этот разговор выматывал меня, потому что любое его оправдание каким-то образом сводилось к тому, что моё тело, беременность или материнство становились причиной его лжи.
А потом Джулиан сказал:
— Натали меня понимает.
Вот она.
Фраза, которую неверные супруги, видимо, получают бесплатно вместе с квитанцией из отеля.
— Отлично, — ответила я. — Значит, она поймёт, почему сегодня тебе придётся ночевать в другом месте.
Он резко поднял голову.
— Ты не можешь выгнать меня.
— Я и не говорила, что могу. Я сказала, что тебе стоит найти другое место для ночёвки.
Возможно, он рассчитывал на истерику.