Сначала звучало:
— В этом месяце маме пришлось покупать дорогие лекарства.
Через некоторое время:
— Вале срочно понадобились деньги на ремонт автомобиля.
Потом:
— Я Роману пять тысяч одолжил.
Позже выяснялось, что кому-то ещё он перевёл десять тысяч.
По отдельности эти суммы действительно не выглядели чем-то ужасным.
Пять тысяч рублей.
Семь тысяч.
Двенадцать.
Временами двадцать.
Но Лариса сопоставила переводы за разные месяцы и заметила закономерность. Стоило Глебу отправить родственникам пять, семь или двадцать тысяч, как взнос мужа на общие семейные нужды сокращался примерно на столько же. А образовавшуюся недостачу незаметно покрывала она сама, чтобы платежи по ипотеке, коммунальные счета и расходы на продукты оставались неизменными.
Просмотрев банковские операции за последние двенадцать месяцев, Лариса получила весьма показательную цифру — почти сто восемьдесят тысяч рублей.
То есть примерно пятнадцать тысяч ежемесячно.
— Подожди, я не понимаю, — растерянно произнёс Глеб, изучая выписки. — Ты что, всё это время мои траты записывала?
— Не я, дорогой. Банк записывал. Удивительно педантичный мужчина оказался.
— Но ведь я не тратил эти деньги на всякую ерунду!
— Я и не утверждаю, что ты их проигрывал или развлекался.
— Я помогал матери. Иногда Вале.
— Помощь оказывал ты, а расходы из-за этого несла я.
Глеб умолк.
Пожалуй, впервые за всё время у него не нашлось мгновенного возражения.
Лариса взяла чистый лист бумаги.
— С первого числа следующего месяца будем вести бюджет по новым правилам.
— По каким ещё правилам?
— Платёж за ипотеку делим поровну. Коммунальные услуги — тоже. На продукты каждый переводит одинаковую сумму. А остальные расходы оплачиваем самостоятельно.
— Мы теперь кто, соседи по квартире?
— Нет, мы по-прежнему муж и жена. Поэтому покупку холодильника, стиральной машины или совместную поездку в отпуск будем обсуждать вдвоём. Но спонсировать твою благотворительность в пользу родственников без моего согласия я больше не собираюсь.
— А если маме действительно понадобится помощь?
— Помогай, конечно.
— А если сестра попросит?
— Тоже помогай.
— А представь, что с кем-то из твоих близких случится беда?
Лариса подняла на него глаза.
— Глеб, из близких родственников у меня оставалась только тётя Тамара.
Муж сразу замолчал, осознав неуместность вопроса.
Лариса заговорила уже гораздо мягче:
— Я вовсе не требую, чтобы ты отказался помогать своей семье. Я хочу лишь одного: если человек желает проявлять щедрость, он должен ясно представлять, во сколько лично ему эта щедрость обходится.
С наступлением нового месяца договорённость начала действовать.
И практически сразу произошло небольшое финансовое чудо.
Инна Павловна снова напомнила сыну о желанном кухонном гарнитуре.
— Там скоро скидки закончатся, — сообщил жене Глеб.
— Значит, покупай.
— Что значит «покупай»?
— Помоги своей маме осуществить мечту.
— Даже с учётом акции получается триста восемьдесят тысяч.
— Ну вот и можешь подарить ей триста восемьдесят тысяч рублей.
Глеб озадаченно посмотрел на супругу.
— У меня сейчас нет такой суммы.
— Какая невероятная неожиданность.
— Лариса…
— Что, Глеб?
Спустя всего неделю выяснилось, что полностью менять кухонную мебель Инне Павловне, оказывается, совершенно необязательно.
Для начала заменили пару изношенных петель.
Потом Глеб самостоятельно подтянул крепления и отрегулировал перекосившиеся дверцы.
Примерно через месяц свекровь неожиданно решила, что «если ещё и столешницу новую поставить, гарнитур будет вполне прилично выглядеть».
Таким образом, цена спасения кухни чудесным образом уменьшилась приблизительно в десять раз.
С жилищными планами Валентины случилась похожая история.
Как только окончательно стало понятно, что однокомнатная квартира покойной тёти ей не светит, исчезла и невероятная срочность переезда.
Валя вместе с Денисом переставила мебель в детской комнате, приобрела двухъярусную кровать и решила продолжать спокойно выплачивать собственную ипотеку.
— Знаешь, Ларис, — призналась она однажды, — я потом сама подумала: если бы мы вчетвером в однокомнатной поселились, месяца через три начали бы друг друга душить, причём строго по расписанию.
— Интересно, кто оказался бы первой жертвой?
— Денис, без вариантов. Он ужасно храпит.
Обе женщины дружно рассмеялись.
А вот с предпринимательскими амбициями Романа вышла ещё более любопытная история.
Через пару месяцев он всё-таки приобрёл подержанный шиномонтажный станок, балансировочное оборудование и компрессор у владельца закрывавшейся автомастерской.
За весь комплект Роман отдал сто пятьдесят восемь тысяч рублей.
Часть суммы ему удалось накопить самостоятельно, остальное он одолжил у собственного отца и впоследствии постепенно вернул долг.
