— Моё наследство вашей вечно нуждающейся родне не перепадёт! — заявила жена, услышав предложение мужа «поделиться»

Сначала звучало:

— В этом месяце маме пришлось покупать дорогие лекарства.

Через некоторое время:

— Вале срочно понадобились деньги на ремонт автомобиля.

Потом:

— Я Роману пять тысяч одолжил.

Позже выяснялось, что кому-то ещё он перевёл десять тысяч.

По отдельности эти суммы действительно не выглядели чем-то ужасным.

Пять тысяч рублей.

Семь тысяч.

Двенадцать.

Временами двадцать.

Но Лариса сопоставила переводы за разные месяцы и заметила закономерность. Стоило Глебу отправить родственникам пять, семь или двадцать тысяч, как взнос мужа на общие семейные нужды сокращался примерно на столько же. А образовавшуюся недостачу незаметно покрывала она сама, чтобы платежи по ипотеке, коммунальные счета и расходы на продукты оставались неизменными.

Просмотрев банковские операции за последние двенадцать месяцев, Лариса получила весьма показательную цифру — почти сто восемьдесят тысяч рублей.

То есть примерно пятнадцать тысяч ежемесячно.

— Подожди, я не понимаю, — растерянно произнёс Глеб, изучая выписки. — Ты что, всё это время мои траты записывала?

— Не я, дорогой. Банк записывал. Удивительно педантичный мужчина оказался.

— Но ведь я не тратил эти деньги на всякую ерунду!

— Я и не утверждаю, что ты их проигрывал или развлекался.

— Я помогал матери. Иногда Вале.

— Помощь оказывал ты, а расходы из-за этого несла я.

Глеб умолк.

Пожалуй, впервые за всё время у него не нашлось мгновенного возражения.

Лариса взяла чистый лист бумаги.

— С первого числа следующего месяца будем вести бюджет по новым правилам.

— По каким ещё правилам?

— Платёж за ипотеку делим поровну. Коммунальные услуги — тоже. На продукты каждый переводит одинаковую сумму. А остальные расходы оплачиваем самостоятельно.

— Мы теперь кто, соседи по квартире?

— Нет, мы по-прежнему муж и жена. Поэтому покупку холодильника, стиральной машины или совместную поездку в отпуск будем обсуждать вдвоём. Но спонсировать твою благотворительность в пользу родственников без моего согласия я больше не собираюсь.

— А если маме действительно понадобится помощь?

— Помогай, конечно.

— А если сестра попросит?

— Тоже помогай.

— А представь, что с кем-то из твоих близких случится беда?

Лариса подняла на него глаза.

— Глеб, из близких родственников у меня оставалась только тётя Тамара.

Муж сразу замолчал, осознав неуместность вопроса.

Лариса заговорила уже гораздо мягче:

— Я вовсе не требую, чтобы ты отказался помогать своей семье. Я хочу лишь одного: если человек желает проявлять щедрость, он должен ясно представлять, во сколько лично ему эта щедрость обходится.

С наступлением нового месяца договорённость начала действовать.

И практически сразу произошло небольшое финансовое чудо.

Инна Павловна снова напомнила сыну о желанном кухонном гарнитуре.

— Там скоро скидки закончатся, — сообщил жене Глеб.

— Значит, покупай.

— Что значит «покупай»?

— Помоги своей маме осуществить мечту.

— Даже с учётом акции получается триста восемьдесят тысяч.

— Ну вот и можешь подарить ей триста восемьдесят тысяч рублей.

Глеб озадаченно посмотрел на супругу.

— У меня сейчас нет такой суммы.

— Какая невероятная неожиданность.

— Лариса…

— Что, Глеб?

Спустя всего неделю выяснилось, что полностью менять кухонную мебель Инне Павловне, оказывается, совершенно необязательно.

Для начала заменили пару изношенных петель.

Потом Глеб самостоятельно подтянул крепления и отрегулировал перекосившиеся дверцы.

Примерно через месяц свекровь неожиданно решила, что «если ещё и столешницу новую поставить, гарнитур будет вполне прилично выглядеть».

Таким образом, цена спасения кухни чудесным образом уменьшилась приблизительно в десять раз.

С жилищными планами Валентины случилась похожая история.

Как только окончательно стало понятно, что однокомнатная квартира покойной тёти ей не светит, исчезла и невероятная срочность переезда.

Валя вместе с Денисом переставила мебель в детской комнате, приобрела двухъярусную кровать и решила продолжать спокойно выплачивать собственную ипотеку.

— Знаешь, Ларис, — призналась она однажды, — я потом сама подумала: если бы мы вчетвером в однокомнатной поселились, месяца через три начали бы друг друга душить, причём строго по расписанию.

— Интересно, кто оказался бы первой жертвой?

— Денис, без вариантов. Он ужасно храпит.

Обе женщины дружно рассмеялись.

А вот с предпринимательскими амбициями Романа вышла ещё более любопытная история.

Через пару месяцев он всё-таки приобрёл подержанный шиномонтажный станок, балансировочное оборудование и компрессор у владельца закрывавшейся автомастерской.

За весь комплект Роман отдал сто пятьдесят восемь тысяч рублей.

Часть суммы ему удалось накопить самостоятельно, остальное он одолжил у собственного отца и впоследствии постепенно вернул долг.