— Тогда я вызову полицию.
Агата Станиславовна громко рассмеялась.
— Полицию? На свекровь? Ты вообще понимаешь, что говоришь?
— Прекрасно понимаю. Это моя собственность, и вы нарушаете мои права.
Свекровь подошла ещё ближе. Лицо её покраснело, глаза сузились.
— Мой сын не для того женился, чтобы ты одна на квадратных метрах сидела! — выкрикнула она.
Эти слова повисли в тишине. Резкие, злые, обнажающие правду. Маргарита смотрела на свекровь и вдруг поняла всё окончательно. Для Агаты Станиславовны брак сына был не союзом двух людей, а удобной сделкой. Возможностью получить доступ к чужому имуществу и право управлять чужой жизнью.
— Значит, вот как вы всё это видите, — медленно сказала Маргарита.
— Именно так! — выпалила свекровь. — Ты должна мужу и его семье! Должна!
В этот момент из комнаты вышел Арсений. Он стоял в дверях бледный, виноватый, с опущенными плечами. Маргарита повернулась к нему.
— Ты знал?
Арсений отвёл взгляд.
— Марго…
— Ты знал, что она сегодня приедет с вещами?
Он молчал.
— Арсений, ответь.
Муж тяжело вздохнул и провёл ладонями по лицу.
— Я… пообещал маме помочь. Ещё месяц назад.
У Маргариты будто почва ушла из-под ног.
— Месяц назад?
— Да. Она попросила, и я… согласился.
— За моей спиной?
— Я хотел поговорить с тобой. Но ты всё время отказывалась, и я подумал…
— Что именно ты подумал? — голос Маргариты стал тише, но твёрже. — Что можно поставить меня перед фактом? Что я не решусь выставить твою мать, раз она уже приехала с чемоданами?
— Я надеялся, что ты привыкнешь. Что со временем…
— Что со временем я смирюсь?
Арсений виновато пожал плечами.
— Наверное… да.
Маргарита медленно кивнула. Внутри будто оборвалась тонкая натянутая нить. Но вместе с болью пришло странное облегчение. Как будто стало легче дышать.
— Понятно, — сказала она. — Теперь мне всё понятно.
Она прошла в комнату, достала из шкафа дорожную сумку Арсения и начала складывать его вещи. Рубашки, джинсы, носки. Спокойно, аккуратно, почти механически.
— Марго, что ты делаешь? — Арсений вошёл следом.
— Собираю твои вещи.
— Зачем?
Маргарита выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты уходишь. Вместе со своей матерью. Из моей квартиры.
— Подожди, давай поговорим…
— О чём? О том, что ты решил всё за моей спиной? О том, что ты настолько меня не уважаешь, что даже не предупредил? Или о том, что твоя мать считает меня обязанной ей по факту вашего родства?
— Марго, не горячись. Мы что-нибудь придумаем.
— Уже придумали. Вы уходите.
— Но куда нам идти?
Маргарита бросила в сумку последнюю рубашку и застегнула молнию.
— К твоей матери. В её квартиру, которую, я почти уверена, никто никому не сдавал.
Арсений покраснел.
— Почему ты так решила?
— Потому что всё слишком удобно и быстро. Твоя мать не тот человек, который за два дня отдаст свою квартиру чужим людям.
Он молчал, и этим молчанием подтвердил её догадку.
Маргарита вынесла сумку в прихожую и поставила рядом с чемоданами свекрови.
— Уходите. Оба. Сейчас.
Агата Станиславовна, всё это время наблюдавшая за происходящим из прихожей, высоко вскинула подбородок.
— Ты не имеешь права выгонять собственного мужа!
— Имею. Это моя квартира. А он человек, который меня предал.
— Арсений! — свекровь резко повернулась к сыну. — Ты позволишь ей так с нами обращаться?
Муж стоял растерянный и бледный.
— Мам, может, правда лучше уйдём? Пока…
— Пока что? — вспыхнула Агата Станиславовна. — Я вещи привезла! Я уже всё распланировала!
— Ваши планы меня не касаются, — холодно сказала Маргарита. — У вас пять минут. Потом я звоню участковому.
Свекровь открыла рот, чтобы возразить, но осеклась, заметив решимость в глазах невестки. Она резко развернулась и схватилась за ручку чемодана.
— Пошли, Арсений. Здесь нас всё равно не ценят.
Арсений медлил.
— Марго, может, всё-таки…
— Уходи, Арсений.
— Но мы же…
— Больше никаких «мы». Уходи.
Он взял свою сумку и помог матери вытащить чемоданы. Они вышли в подъезд. Агата Станиславовна, уже стоя за порогом, зло бросила:
— Ещё пожалеешь!
Маргарита закрыла дверь. Повернула ключ в замке. Прислонилась спиной к косяку и закрыла глаза. Тишина. Настоящая, долгожданная тишина.
Через неделю Маргарита подала на развод. Арсений звонил, просил встретиться, пытался убедить поговорить. Она отказывалась. Говорить было уже не о чем. Предательство не нуждается в долгих объяснениях.
Развод прошёл быстро. Делить имущество не пришлось: квартира была куплена до брака и оформлена только на Маргариту. Совместных накоплений у них тоже не было. Через три месяца в паспорте появилась отметка о расторжении брака.
Позже выяснилось, что Агата Станиславовна действительно никому свою квартиру не сдавала. Она продолжала жить там же, где и раньше. Арсений вернулся к матери. Маргарита узнала это случайно, через общих знакомых. Мать и сын снова жили вдвоём. Именно так, как Агата Станиславовна, похоже, и хотела.