— Мама, ты вообще в своём уме?! Моя жена жива и здорова, всего лишь уехала по работе, а ты уже решила привести нашим детям другую мать?!

Сильнее всего Антонину Павловну выводили из себя рабочие поездки невестки. Случались они редко — всего несколько командировок за год, обычно продолжительностью два-три дня. Но для свекрови каждый такой отъезд становился очередным подтверждением, что Ольга якобы не создана для семейной жизни.

За восемь лет замужества Ольга усвоила важную закономерность: если свекровь вдруг начинает интересоваться чем-нибудь подозрительно ласковым голосом, вскоре непременно последует критика. Сперва всё ограничивалось бытовыми вопросами. Зачем дети посещают детский сад, когда родная бабушка готова за ними присмотреть? Почему супруги периодически заказывают готовую еду? С какой стати Ольга в выходной отправляется на маникюр, пока Виктор занимается детьми? Со временем замечания стали гораздо неприятнее.

— Тебе самой не совестно, что мой сын вынужден гладить собственные рубашки? — как-то поинтересовалась Антонина Павловна в присутствии гостей.

— Совершенно не совестно, — невозмутимо ответила Ольга. — Виктор прекрасно знает, как обращаться с утюгом.

— Я своего сына совсем не для этого воспитывала.

— А для чего именно?

Виктор тогда немедленно вмешался.

— Мама, хватит.

Антонина Павловна при всех спор продолжать не стала, однако следующие двое суток жаловалась сыну, что невестка общается с ней «словно с совершенно посторонней женщиной». Виктор терпеливо выслушал её и в очередной раз попросил не вмешиваться в их семейные дела. Именно поэтому ему и казалось, что он контролирует происходящее: ведь он не соглашался с матерью, открыто останавливал её и не разрешал командовать Ольгой.

Но сама Ольга воспринимала происходящее совершенно иначе. Она считала, что муж постоянно ликвидирует последствия очередного скандала, упорно отказываясь замечать, что за всеми этими скандалами стоит один и тот же человек.

— После каждой ссоры ты повторяешь ей: «Не вмешивайся», — однажды сказала она. — Проходит несколько недель, и она снова вмешивается. Просто выбирает другой способ.

— И что мне теперь делать? Совсем прекратить общение с родной матерью?

— Я предлагаю перестать убеждать себя, будто очередное предупреждение действительно что-то изменит.

— Но она ведь бабушка наших детей.

— Я никогда не запрещала ей быть бабушкой. Я лишь не собираюсь терпеть, когда она пытается занять место главного человека в нашей семье.

Тогда разговор закончился ссорой. Впоследствии супруги помирились, и неприятная тема постепенно отошла на второй план. Дети искренне любили бабушку. Антонина Павловна прекрасно умела их развлекать, регулярно приносила домашнюю выпечку, помнила обо всех детсадовских утренниках и праздниках. Если не затрагивать её отношение к Ольге, помощь действительно была существенной. Именно это долго мешало Виктору обозначить более строгие границы.

О Ларисе мать вспоминала приблизительно раз в несколько месяцев. Порой разговор начинался вполне безобидно.

— Представляешь, Лариса недавно получила повышение.

Или:

— А Лариса сама сумела купить квартиру. Какая молодчина!

Однако почти неизменно спустя несколько минут следовало сравнение с Ольгой. Прямых обвинений вроде бы не звучало, но Виктор прекрасно понимал, к чему клонит мать.

— Вот человек: и карьеру строит, и дома полный порядок поддерживает.

— Мам, ты с Ларисой живёшь, чтобы знать, как у неё дома обстоят дела?

— Мне и со стороны всё прекрасно видно.

— Вот и любуйся ею на здоровье. А мою жену оставь в покое.

Виктор был убеждён, что выражается предельно понятно. Однажды Ольга заметила, что свекровь, возможно, не собирается в буквальном смысле подыскивать сыну другую супругу, а просто постоянно старается доказать ему, что он женился не на той женщине. Виктор тогда лишь посмеялся. Ему казалась совершенно абсурдной мысль, что женщина, которой уже перевалило за шестьдесят, способна организовать целое представление с заранее выбранной «идеальной кандидаткой».

Но после случившегося смеяться ему совершенно расхотелось.

Очередная командировка Ольги была рассчитана на пять дней. Успешное завершение поездки обещало солидную премию. Супруги, конечно, ещё не считали эти деньги своими, однако уже договорились, что в случае выполнения рабочего плана наконец приведут в порядок кухню. В квартире они прожили семь лет, постепенно обновляя комнаты. Спальню отремонтировали двумя годами ранее, детскую закончили прошлым летом, а кухня всё ещё выглядела довольно нелепо из-за сочетания старых и новых деталей. Некоторые фасады мебели успели заменить, до остальных постоянно не доходили руки. Ламинат местами заметно истёрся, обеденный стол давно требовал замены, а Ольга уже подобрала и сохранила несколько вариантов доступных по цене кухонных гарнитуров.

— Подождём ещё немного, примерно месяц, — предложил тогда Виктор. — Получишь свою премию, и спокойно закончим ремонт. Без всяких кредитов.

— Если мне её вообще начислят.

— Начислят обязательно. Ты уже два месяца работаешь ради этого практически без отдыха.