«Знаешь, дорогая, — сказала она, глядя на меня с теплой морщинистой улыбкой, — этот магазин — лучшее, что есть в округе. Я не знаю, что бы я без него делала».
От ее слов у меня в груди что-то сжалось. Я и не заметила, как напряглась после визита Логана. Его голос все еще звучал в моей голове, резкий и полный предупреждения.
«Еще одна ошибка, Клэр, и ты будешь искать новую работу».
Я заставила себя улыбнуться. «Это очень много значит, миссис Томпсон. Правда.»
Она похлопала меня по руке с той мягкостью, которую может дать только возраст. «Не позволяйте этому мальчишке овладеть вами», — сказала она со знанием дела.
Прежде чем я успела ответить, меня привлекло движение возле полки с бутербродами. Маленькая фигурка в безразмерном балахоне висела там, низко пригнув голову, пальцы судорожно сжимались по бокам.
Что-то в том, как они двигались — слишком нерешительно, слишком нервно, — заставило мой желудок сжаться.
Я оглянулся на миссис Томпсон. Она убирала чай в сумочку и напевала себе под нос.
Я снова повернулась к фигуре в капюшоне.
«Извините!» позвала я, выходя из-за кассы. «Могу я помочь вам найти что-нибудь?»
Парень вскинул голову, и на долю секунды его широкие карие глаза впились в мои. Затем…
Они бросились наутек.
Одним стремительным движением они метнулись к двери, их кроссовки слегка заскользили по изношенным половицам.
Маленькая фигурка исчезла в их кармане, когда они протиснулись за дверь, заставив висящие колокольчики бешено зазвенеть.
У меня свело живот.
Я взглянул на миссис Томпсон. «Присмотрите за кассой?»
Она едва колебалась, прежде чем махнуть мне рукой. «Иди, дорогая!» Она сжала свою сумочку, словно готовилась защищать магазин.
Я выбежала на улицу, мое сердце бешено колотилось, когда я осматривала оживленный тротуар. Парень был быстр — слишком быстр.
Он продирался сквозь толпу, уворачивался от людей, проскальзывал за углы, как будто они уже делали это раньше.
Я почти потерял их. Почти.
Затем раздался голос.
«Бежал в ту сторону, пять минут назад».
Я повернулся. Бездомный сидел на газете и лениво указывал на боковую улицу.
Я кивнул в знак благодарности и поспешил вперед, следуя его примеру.
И тут я увидел ее.
Парень остановился за заброшенным переулком, далеко от главной улицы. Безразмерный балахон обтягивал ее маленькую фигурку, отчего она выглядела еще моложе.
Я замедлил шаг и прижался к кирпичной стене у входа в переулок, наблюдая за ней.
Она достала что-то из кармана.
Завернутый сэндвич.
Из другого кармана она достала крошечную свечу и зажигалку.
У меня перехватило дыхание.
Она осторожно развернула сэндвич, разгладив бумагу, словно это было что-то драгоценное. Затем она воткнула маленькую свечу в мягкий хлеб и чиркнула зажигалкой.
Крошечное пламя затрепетало.
А потом она запела.
«С днем рождения меня… С днем рождения меня…»
Ее голос был едва ли выше шепота, но он резал меня, как нож.
Она улыбнулась — совсем чуть-чуть, — затем глубоко вздохнула и задула свечу.
Я шагнул вперед, не успев подумать дважды.
Девушка замерла.
Ее большие карие глаза наполнились страхом, и она сделала быстрый шаг назад, сжав руки в кулаки.
«Простите», — заикаясь, пролепетала она, уже отступая от меня, как загнанный в угол зверь.
Я опустился на колени, стараясь, чтобы мой голос был мягким. «Тебе не нужно бежать».
Ее губы задрожали.
«Ты не сердишься?» — прошептала она.
Я покачал головой. «Я просто хочу, чтобы тебе не пришлось красть сэндвич на свой собственный день рождения».
Впервые в жизни что-то в ней треснуло. Крепкий панцирь, инстинкт борьбы или бегства — он дрогнул, всего на секунду.
Я протянул руку. «Пойдем. Пойдем обратно в магазин. Мы купим тебе что-нибудь поесть. Воровать не придется».
Она заколебалась.
Затем, к моему удивлению, она протянула руку и взяла меня за руку.
В магазине меня ждал Логан.
Как только я переступила порог, его голос ударил меня как хлыст.
«Где, черт возьми, ты была?» — рявкнул он. Его руки были скрещены, челюсть сжата, нетерпение накатывало на него волнами.
Я крепче сжал маленькую, дрожащую руку Кэти. Она слегка прижалась ко мне, ее пальцы обвились вокруг моих, как спасательный круг.
«Ребенок что-то взял», — сказал я, сохраняя ровный голос. «Я пошла за ней».
Логан помрачнел, его ноздри раздувались, как у быка, готового к нападению.
«Итак, давайте проясним ситуацию», — медленно произнес он, шагая вперед, его ботинки щелкали по деревянному полу.
«Вы оставили кассу. Погнались за вором. И вместо того чтобы позвонить в полицию, вы привели ее сюда?»
«Она не воровка», — ответил я. «Она голодный ребенок».
Он фыркнул, покачав головой. «Мне плевать, что она святая. Она украла из магазина».
Я увидела, как его рука потянулась к карману, пальцы дернулись. Он потянулся за телефоном.
Мой желудок сжался.
«Я звоню в полицию», — сказал он, и в его голосе прозвучала окончательность. «Они отвезут ее в приют. Именно там оказываются такие дети».
Рядом со мной Кэти вздрогнула. Я почувствовал, как она напряглась, словно готовясь к чему-то ужасному.
Я шагнул вперед, не задумываясь. «Логан, не надо. Пожалуйста».