— Мне не нужно ничего изображать. Ты собственноручно отвёз домашнего кота на заброшенный пустырь, бросил его за гаражами под ледяным дождём и уехал. К этому даже добавить нечего.
— Ладно! Я вернусь, когда ты наконец успокоишься!
— Не нужно возвращаться.
— Инна, ты ещё пожалеешь!
Она молча приложила ладонь к холодной поверхности двери.
Когда-то подобная угроза заставила бы её испугаться. Она принялась бы извиняться, оправдываться, пытаться всё исправить.
Но сейчас за её спиной раздалось тихое мяуканье Кузи.
И в этот момент Инна поняла: сильнее всего она пожалела бы о том, если бы снова проглотила обиду и промолчала.
— Я уже жалею, Олег. Только об одном. Что не решилась сделать это намного раньше.
Через несколько минут муж наконец забрал сумки.
Внизу с такой силой хлопнула подъездная дверь, что даже задребезжали стёкла.
Инна медленно вернулась на кухню, опустилась прямо на пол и впервые за весь этот страшный день позволила себе расплакаться.
Она плакала не из-за Олега.
Она оплакивала саму себя.
Ту молодую доверчивую женщину, которая одиннадцать лет назад искренне верила, что настоящая любовь обязательно требует терпения.
Все те вечера, когда она молчала, лишь бы не вызвать раздражение мужа.
Все невысказанные слова.
Все маленькие желания, от которых пришлось отказаться.
И то самое синее платье, которое три года так и провисело в шкафу, ни разу не увидев света.
Кузя осторожно приблизился к хозяйке.
Поставил передние лапки ей на колени и коснулся влажным холодным носом её подбородка.
— Ну вот, мой хороший, — прошептала Инна сквозь слёзы. — Теперь мы остались совсем одни. Только ты и я.
Кот тихонько замурлыкал.
Инна Сергеевна обняла его крепче и прижалась щекой к мягкой рыжей шерсти.
— Хотя нет, Кузенька. Мы вовсе не остались одни. Мы наконец-то вернулись к себе домой.
В первые недели после ухода Олега непривычная тишина казалась Инне почти пугающей.
Никто больше не ворчал из-за случайно оставленной на столе кружки.
Никто не требовал объяснять, зачем она включила свет в прихожей.
Никто раздражённо не морщился, когда по телевизору начинался её любимый сериал.
По привычке Инна иногда замирала, ожидая, что вот-вот услышит из соседней комнаты недовольный голос:
— Опять деньги неизвестно на какую ерунду тратишь?!
Но в ответ была лишь тишина.
Поначалу она настораживала.
Потом постепенно начала успокаивать.
А со временем превратилась в настоящее лекарство.
Однажды вечером Инна открыла шкаф и достала давно забытое синее платье.
Тщательно его выгладила, надела и долго рассматривала собственное отражение в зеркале.
Оказалось, что этот цвет ей невероятно шёл.
Она взяла телефон и написала старой подруге:
«Может, завтра встретимся, выпьем где-нибудь кофе? Я уже сто лет никуда не выбиралась».
Ответ пришёл практически мгновенно:
«Я уже начала думать, что никогда от тебя такого предложения не дождусь!»
После того страшного дня возле гаражей изменился и Кузя.
Он больше не хотел спать один.
Каждый вечер забирался к Инне на кровать, укладывался рядышком и прижимался тёплым пушистым боком к её плечу.
Иногда среди ночи кот внезапно просыпался, спрыгивал на пол и торопился к входной двери.
Там он подолгу сидел совершенно неподвижно, настороженно прислушиваясь к каждому звуку за стеной.
Тогда Инна Сергеевна тоже поднималась с постели.
Подходила к нему, осторожно брала на руки и ласково шептала:
— Не бойся, маленький. Теперь тебе больше нечего бояться.
Кузя смотрел на хозяйку своими большими круглыми глазами.
А потом доверчиво укладывал тяжёлую рыжую голову ей на плечо.
Наверное, он ей верил.
