Галина Викторовна продолжала молчать.
— Когда-нибудь я могу захотеть позвать туда гостей — и тогда сама их приглашу. Но принимать подобные решения вместо меня отныне не сможет никто.
Свекровь шумно выдохнула.
— То есть вообще никому приезжать нельзя?
— Это означает, что приехать можно исключительно по моему личному приглашению.
Разговор продолжался совсем недолго.
Но именно после него наконец наступило спокойствие, которого Инна так долго добивалась.
Спустя несколько дней она вновь встретилась с Константином.
Вместе они приехали на участок.
Рабочие к тому времени уже приступили к замене кровли.
А новый высокий забор понемногу скрывал территорию от посторонних взглядов.
Константин улыбнулся сестре.
— Ну как, теперь наконец стало спокойно?
Инна посмотрела на постепенно обновляющийся дом.
— Теперь да.
— Шума вокруг этой истории получилось немало.
Она усмехнулась.
— Порой человеческая фантазия создаёт намного больше проблем, чем реальные поступки.
Константин рассмеялся.
— Хорошо, что официальные документы всё равно звучат убедительнее любых слухов.
Инна провела рукой по гладкой поверхности новой деревянной калитки.
Когда-то дедушка говорил ей, что дом продолжает жить, пока у него остаётся настоящий хозяин.
Лишь теперь она до конца осознала глубокий смысл его слов.
Собственное имущество защищают не громкими криками и бесконечными скандалами.
Его защищают выдержкой, неоспоримыми фактами и способностью вовремя поставить окончательную точку там, где окружающие настойчиво пытаются оставить многоточие.