— Заказчиков известят о назначении нового директора, — ответила Ксения. — Поставщикам направят запросы на сверку расчётов. С сотрудниками я проведу собрание прямо сейчас.
Муж посмотрел на неё так, словно впервые разглядел в обычном финансовом специалисте человека, который прекрасно понимает внутреннее устройство предприятия.
— Значит, и ты решила принять в этом участие?
— Я решила выполнять свою работу, — спокойно произнесла Ксения.
После этого началась самая неприятная, но необходимая процедура. Павел отказался ставить подпись в акте передачи ноутбука, поэтому Борис Никитич зафиксировал отказ в присутствии свидетелей. Корпоративную SIM-карту муж также попытался объявить личной собственностью, пока я не показала ему карточку учёта служебного имущества. Автомобиль пришлось возвращать через административный отдел, поскольку Павел доказывал, что все прекрасно знают, кто постоянно на нём ездил. Это действительно знали все, но машина принадлежала юридическому лицу.
Нина демонстративно и шумно собирала вещи в моём кабинете, будто её выселяли из старинного фамильного имения. Она забрала косметичку, коробку с бумагами, яркий шарф и кружку с несуществующей должностью. Возле двери женщина остановилась и заявила:
— Ты ещё очень пожалеешь. Павел поднял тебе компанию, а ты просто выбросила его на улицу.
— Нина, на работу в отдел закупок вас принимал Павел, — раньше меня ответила Ксения. — Условия трудового договора и ваши обязанности будут проверены отдельно. Сегодня необходимо передать всю служебную документацию.
Нина посмотрела на меня, очевидно ожидая, что я смягчу слова нового директора. Но я промолчала.
К концу рабочего дня Павлу было уже не до смеха. Он стоял в коридоре без действующего пропуска, банковского доступа и служебного компьютера. Рядом больше не было сотрудников, которые ещё утром ожидали его распоряжений. Люди тихо расходились по домам, но никто не подходил к бывшему директору за указаниями. Это молчание выглядело убедительнее любого скандала.
— Давай поговорим дома, — предложил Павел совсем другим голосом. — Без посторонних людей. Ты сейчас наделаешь ошибок.
— Дома обсуждать нечего. По делам компании связывайся с Ксенией и нашим юристом. По поводу брака теперь будешь разговаривать с моим адвокатом.
— Ты решила ещё и развестись?
— Да, я подаю заявление. Мне достаточно брака, в котором мои достижения объявляют твоими заслугами.
Павел нахмурился, но прежнего самодовольства в нём уже не осталось.
— Думаешь, если на тебя оформлена какая-то доля, то ты можешь решать всё сама?
— Я точно знаю, что ты больше не являешься директором. Остальные разногласия можно урегулировать законными способами.
Он явно хотел ответить грубо, но заметил стоявшего рядом Бориса Никитича и сдержался. Впервые за этот день Павел подбирал выражения не из уважения ко мне, а потому что рядом находился человек, фиксировавший каждое его действие.
Утром следующего дня «Ладога-Снаб» начала работу в обычное время. Склад подготовил к отправке три заказа. Менеджеры известили клиентов о смене руководства. Представители «Гранита» подтвердили встречу с Ксенией и направили протокол разногласий, ни разу не поинтересовавшись судьбой Павла. Выяснилось, что клиентов удерживают не самоуверенные выступления в переговорной, а соблюдение сроков, выгодные цены и правильно оформленные документы.
Павел звонил почти непрерывно. Затем прислал сообщение: «Верни меня на должность, и я забуду об этой выходке». Я переслала его Борису Никитичу. Ответ юриста был лаконичным: «Сохраняйте всю переписку и не переходите к личному обсуждению». Я последовала совету.
Спустя неделю аудит не выявил катастрофических хищений, но обнаружил достаточно неприятных рабочих нарушений. Несколько расходов требовали официальных объяснений. Одному поставщику предстояло направить претензию. По операциям корпоративной карты для Павла подготовили письменный запрос. Теперь речь шла не о семейном скандале на кухне, а о документах. Именно это раздражало его сильнее всего: бумагу невозможно перекричать или убедить в том, что жена ничего не понимает.
В пятницу Павел снова приехал в офис. Сотрудник охраны не позволил ему пройти дальше стойки, поскольку пропуск бывшего директора был аннулирован. Охранник связался с Ксенией, и она спустилась вместе с Борисом Никитичем. Я тоже вышла к лестнице второго этажа. Было бы странно прятаться от человека, которого я когда-то назначила руководителем, а теперь сама освободила от должности.
— Вера, верни меня обратно, — потребовал Павел, заметив меня. — Если тебе нужны извинения, я извинюсь. Но без меня вы уничтожите весь бизнес.
— За прошедшую неделю компания не развалилась.
— Одна неделя ещё ничего не доказывает.
— Тогда будем оценивать результаты через несколько месяцев.
Он плотно сжал губы. Совсем недавно Павел подавлял окружающих непоколебимой уверенностью, а теперь вынужден был торговаться за возможность войти в здание, где ещё недавно считал себя главным человеком.
— Я обращусь в суд.