Жук рванул к ближайшему дереву и на полном ходу столкнулся с Дашей.
Разумеется, не специально.
Просто огромная собака не сумела вовремя затормозить перед неожиданным препятствием.
Даша оказалась на земле.
Её ретривер запутался у ног.
Наушники отлетели куда-то в кусты.
Антон моментально вскочил и подбежал к девушке.
— Простите меня! Вы не ударились?
Он помог ей встать.
Несколько мгновений по лицу Даши было совершенно невозможно определить, собирается она разозлиться или всё-таки рассмеяться.
Смех в итоге победил.
— Ваш жеребец всегда так людей сбивает?
Антон виновато поднял руки.
— Исключительно по вторникам. Извините. Просто там белка сидела.
Даша переспросила:
— Белка?
И снова начала смеяться.
— Ну тогда вопросов нет. Это всё объясняет.
Бублик, выполняя роль прирождённого дипломата, подошёл к золотистому ретриверу и внимательно его обнюхал.
Ретривер, которого звали Лучик, ответил таким же приветствием.
Уже через пару секунд обе собаки весело махали хвостами.
Даша посмотрела на них.
— Кажется, эти двое познакомились гораздо быстрее нас.
Антон улыбнулся.
— Мы вполне можем догнать. Меня Антон зовут.
— Даша.
На следующий день они опять встретились и решили пройтись по району вместе.
Потом случилась ещё одна совместная прогулка.
Следом следующая.
Совсем скоро их утренний маршрут уже выглядел совершенно естественно: три собаки, двое взрослых и узенькая тропинка через пустырь, над которым по утрам лежал сероватый туман.
Сначала они разговаривали исключительно о собаках.
Затем стали обсуждать работу.
А немного позже каким-то образом дошли и до личных тем.
Даша оказалась архитектором и работала самостоятельно, в основном из дома.
Полтора года назад она развелась.
У неё росла восьмилетняя дочь Алиса.
Лучик появился у них уже после развода.
Причину Даша объяснила предельно просто:
— Мне хотелось, чтобы дома хотя бы кто-нибудь по-настоящему радовался моему возвращению.
Антон усмехнулся.
— До боли знакомо.
Даша тоже улыбнулась.
— Наверное, большинство историй появления собак очень похожи. Они лечат одну и ту же вещь — чувство одиночества.
Антон посмотрел в её сторону.
Ветер слегка растрёпывал Даше волосы, на куртке виднелась прилипшая золотая шерсть Лучика. Поблизости суетились три собаки. Вокруг стелился утренний туман, впереди уходила вдаль узкая дорожка через пустырь, и весь окружающий мир выглядел одновременно нелепым, тесным, далёким от совершенства.
Но неожиданно Антон подумал, что порой человеку действительно необходимо потерять просторную квартиру и привычную жизнь, чтобы обнаружить что-то настоящее на тридцати одном квадратном метре.
Прошло ещё три месяца.
Однажды вечером Антон остановился посреди своей однокомнатной квартиры, огляделся вокруг и неожиданно понял, насколько сильно всё здесь изменилось.
Теперь внутри пахло кормом для собак, свежим кофе и мокрой шерстью после дождливых прогулок.
На стенах висели фотографии.
На одной Бублик и Жук сидели бок о бок на улице.
На другой Полина крепко обнимала рыжего корги.
Ещё на одной фотографии был Анатолий Семёнович. В одной руке он держал громадную кость и улыбался настолько широко, что его супруга потом призналась: такой улыбки не видела у мужа лет пять.
На подоконнике поселился небольшой кактус, который подарила Настя.
У входной двери теперь висели уже не два, а три поводка.
Лучик периодически оставался у Антона, когда Даше требовалось уехать куда-то по делам.
Матрас с пола исчез.
Его место занял простой недорогой диван, найденный по объявлению за три тысячи.
Ноутбук тоже больше не стоял на коробке — у него появился нормальный письменный стол.
На полке появились книги.
Антон снова начал читать — впервые за много лет не профессиональную литературу, а просто то, что хотелось самому.
Бублик мирно спал на диване, свернувшись маленьким рыжим клубком.
Жук вытянулся на полу практически на всю длину.
Одна из его лап временами слегка подрагивала.
Антон улыбнулся.
Скорее всего, во сне Жук снова пытался поймать ту самую белку.
В этот момент зазвонил телефон.
Звонила мать.
— Антоша, как ты там живёшь?
— Хорошо, мам.
В трубке на несколько секунд повисла пауза.
— Ты каждый раз мне говоришь «хорошо». А если совсем честно?
Антон перевёл взгляд на собак.
— Совсем честно — и правда хорошо. Правда, мам. Знаешь… я вообще ни о чём не жалею. Лариса хороший человек. Просто мы оказались людьми, которые не подходят друг другу. Но понял я это лишь здесь. В маленькой однокомнатной квартире. Рядом с двумя собаками.
Мать тяжело вздохнула.
— Ты хотя бы приезжай иногда. Покажешь своих псов.
— Обязательно. Только я вместе с ними приеду.
— С собаками, — повторила мама и снова тяжело вздохнула. — У меня вообще-то новый ковёр.
Антон рассмеялся.
— Возьму с собой коврики, мам. Обещаю.
Это был ничем не примечательный четверг.