Теперь Катя поняла, зачем супруг уговаривал её отложить покупку на месяц. Никакие документы двухкомнатной квартиры его не интересовали. Он заранее сообщил матери о полученном женой наследстве. Отправил фотографию её банковских счетов — вот для чего ему понадобилось запоминать «длинные цифры». Полина Андреевна, в свою очередь, расспрашивала о суммах лишь для соблюдения приличий.
На самом деле они давно всё решили без неё. Втроём съездили на просмотр студии, обсудили условия покупки, даже выторговали скидку у собственницы. Мысленно распределили Катины накопления, словно распоряжались своими собственными деньгами. Теперь оставалось лишь поставить её перед фактом и добиться согласия.
Свекровь тем временем продолжала разглаживать объявление на кухонном столе.
— Так что, Катенька, позвони своей продавщице и скажи, что передумала покупать двушку. А в понедельник все вместе отправимся в агентство и оформим студию на Ксюшу. Лёша уже заранее договорился с риелтором.
Катя неторопливо поднялась со стула.
— Полина Андреевна, а не слишком ли много вы хотите? Губа от таких аппетитов не треснет?!
Свекровь застыла, всё ещё сжимая листок объявления. Кровь отхлынула от её лица. За пять лет знакомства она привыкла видеть в невестке спокойную, воспитанную и уступчивую женщину. Катя ни разу не позволяла себе повысить голос на свекровь. Не вступала в конфликты, даже когда та придиралась к приготовленному борщу или критиковала её внешний вид.
— Что?! Повтори, что ты сейчас сказала!
— Вы прекрасно расслышали. Я спрашиваю, не слишком ли вы много на себя берёте. Вы требуете, чтобы я потратила бабушкино наследство и деньги, которые десять лет собирала, на квартиру для вашей дочери. Для взрослой, трудоспособной, совершенно здоровой женщины. А сама должна ещё несколько лет скитаться по съёмному жилью. И при этом вас возмущает мой вопрос, почему Ксения не может заработать себе на квартиру самостоятельно!
— Катя! — Алексей резко вскочил из-за стола. — Ты вообще понимаешь, что говоришь? Как смеешь так разговаривать с моей матерью? Сейчас же извинись!
— Нет.
— Я сказал, немедленно попроси прощения!
— Не собираюсь, Лёша. Мне не за что просить прощения. Я защищаю то, что принадлежит мне. Свои накопления, бабушкино наследство и жильё, о котором мечтала десять лет.
— Ты хоть отдаёшь себе отчёт, что творишь?! — Алексей покраснел до самых ушей. — Ты сейчас разрушаешь нашу семью! Портишь отношения между близкими людьми! Мама всегда относилась к тебе как к собственной дочери, а ты позволяешь себе такое оскорбление! И всё ради денег!
— Это вы втроём почему-то решили, что моими деньгами можно распоряжаться сообща. Я подобного согласия никому не давала.
Полина Андреевна медленно встала. Забрала со стола распечатку, сложила её и аккуратно убрала обратно в сумку. Губы женщины заметно подрагивали.
— Ну что ж, — произнесла она холодным голосом. — Теперь мне всё окончательно ясно. Такой невестки в моём доме больше не будет. Чтобы ноги твоей у меня не было! Лёша, ты слышал? Твоя жена меня публично оскорбила!
Катя повернулась к свекрови.
— Одну минуту, Полина Андреевна. Прежде чем уйдёте, ответьте на небольшой вопрос. Где находятся деньги, которые Алексей передавал вам на протяжении пяти лет?
Женщина остановилась возле кухонной двери.
— Какие ещё деньги?
— Те самые, которые вы якобы откладывали для нас. Помните свои слова? «Будут как в банке», «каждую копеечку сохраню». Вы лично мне это обещали. Лёша отдавал вам значительную часть заработка на протяжении пяти лет. По самым скромным подсчётам, там уже больше миллиона рублей. Вы говорили, что вернёте всё, как только мы соберёмся покупать квартиру. Так вот, мы собрались. Можете возвращать. А после этого, возможно, поговорим и о помощи Ксении.
В кухне стало настолько тихо, что слышалось гудение старого холодильника. Полина Андреевна взглянула на сына. Алексей упрямо разглядывал пол.
— Лёша, — повторила Катя. — Куда делись деньги?
Муж молчал мучительно долго. Наконец с трудом произнёс:
— Катюш… Понимаешь, их уже нет.
— Что значит «нет»?
— Ну… Так получилось. Мама давно всё потратила.
— На что именно?
— Да на разное… На Ксюхину свадьбу, например. Там же банкет, платье, фотограф, куча расходов. Ты сама помнишь, какой праздник устроили. Потом помогали Ксюхе машину купить. Потом мама зубы лечила, импланты ставила. Ещё это массажное кресло… Да и на всякие повседневные нужды деньги уходили.
— То есть, когда я рассказывала тебе, что не могу позволить себе отпуск, что пропустила Танину свадьбу и уже несколько лет ношу старый пуховик, ты всё это время знал, что никаких накоплений у твоей матери нет?
Алексей ничего не произнёс.
Но его молчание оказалось красноречивее любого признания.
— Полина Андреевна, — Катя снова обратилась к свекрови. — Вы намерены вернуть эти средства?