— Теперь дача принадлежит Артёму. Документы на дарение я уже оформил.
Отец произнёс это таким будничным тоном, словно сообщал прогноз погоды на завтра. Было воскресенье, мы собрались всей семьёй за большим столом в его доме. Рядом со мной сидели муж Игорь и наш сын Егор. Напротив устроились мой брат Павел, его супруга Лариса и их девятнадцатилетний сын Артём.
Я медленно опустила вилку на тарелку.
— Подожди, пап. Как это дача теперь Артёма?
— Очень просто. Он у меня старший внук. Значит, ему и хозяйство достанется.
— А Егор тогда кто?
— Причём здесь Егор? Ему всего шестнадцать, ещё совсем ребёнок.
— А Артёму девятнадцать. Разница всего три года.
— Вот именно! Он уже совершеннолетний, самостоятельный парень. Сможет приезжать туда, заниматься участком, поддерживать порядок.
Я перевела взгляд на брата. Павел старательно изучал содержимое своей тарелки, будто ничего не слышал. На губах Ларисы играла едва заметная довольная улыбка. Артём даже не поднял головы от смартфона.
— Папа, — заговорила я, стараясь сохранять спокойствие. — Я двенадцать лет занималась этой дачей. Практически всё там сделано моими руками. Теплица, водяной насос, мебель, кухонная утварь, инструменты. Всё это покупала и привозила я.
— И что теперь?
— Как это что? Ты просто передаёшь всё Артёму. А обо мне даже не вспомнил?
— А чего ты ожидала? Чтобы я тебе участок подарил?
— Я ожидала хотя бы разговора. Чтобы ты сначала со мной посоветовался.
— А я не должен ни у кого спрашивать разрешения распоряжаться своей собственностью.
Я поднялась из-за стола и потянулась за сумочкой.
— Спасибо, что пригласил на обед. Нам пора домой.
Игорь немедленно встал следом. Егор тоже отодвинул стул. Отец даже не попытался нас остановить. Павел так и продолжал смотреть вниз, избегая моего взгляда.
На улице нас встретил пронизывающий холод. Стоял ноябрь, над головой висело тяжёлое свинцовое небо, с которого сыпался мокрый снег. Мы забрались в автомобиль. Уже в салоне Егор осторожно спросил:
— Мам, мы теперь совсем перестанем ездить к дедушке?
— Нет, сынок, — ответила я. — Будем навещать. Просто сегодня больше не хочется.
Игорь всю дорогу молчал. В подобных ситуациях он обычно не вмешивался. Не потому, что поддерживал происходящее, а потому, что искренне не понимал, какие слова могли бы помочь.
Вернувшись домой, я первым делом достала из шкафа старую картонную коробку. В ней годами хранились всевозможные чеки и квитанции. Я никогда их не выбрасывала — мало ли когда понадобятся. Там были документы на покупку теплицы, насоса, плитки, краски, садового инвентаря, мебели и посуды. На каждую вещь, приобретённую мной для дачи за последние двенадцать лет.
Я высыпала содержимое коробки на кухонный стол и принялась раскладывать бумаги по годам. Через несколько минут ко мне подошёл Игорь.
— Что ты ищешь?
— Собираю чеки.
— Для чего они тебе сейчас?
— Хочу всё подсчитать.
Муж молча выдвинул стул и сел напротив.
— Инга, только скажи честно, что ты задумала?
— Ничего особенного. Мне просто интересно, какую сумму я за эти годы вложила в дачу.
Он некоторое время наблюдал за мной.
— Но ведь участок и дом записаны на твоего отца.
— А купленное мной имущество принадлежит мне. Я платила за него собственными деньгами. Следовательно, это мои вещи.
— И ты действительно собираешься всё вывезти?
— Именно так.
— А как же твой отец?
— А что отец? Он захотел подарить дачу Артёму. Вот пусть теперь Артём и обустраивает её на собственные средства.
Игорь тяжело вздохнул.
— Может, всё-таки попробуешь ещё раз спокойно с ним поговорить?
— Я уже пыталась. Только папа совершенно не желает меня слышать.
Я сложила документы обратно и закрыла коробку. На часах было восемь вечера. Завтра предстоял обычный рабочий понедельник, но я прекрасно понимала, что этой ночью нормально не высплюсь.
Так и получилось. Я лежала без сна, глядя в темноту потолка, и бесконечно возвращалась мыслями к даче. Вспоминала наш первый приезд, когда Егору исполнилось всего четыре года. Как высаживала первые кусты малины. Как выбирала и устанавливала теплицу. Как несколько выходных подряд красила старый забор.
Для меня это место никогда не было просто загородным участком. Я считала его своим домом за городом. Двенадцать лет жизни. Все летние месяцы. Почти каждые свободные выходные.
И вдруг всё это объявили собственностью Артёма. Лишь потому, что он появился на свет раньше Егора. И, как мне казалось, потому, что он мужчина.
Утром я позвонила начальнику и попросила предоставить мне отгул. Затем отыскала в телефоне контакты службы грузоперевозок.
— Добрый день, — сказала я диспетчеру. — Мне понадобится грузовая машина. На завтра. Нужно забрать имущество с загородного участка.
— Что собираетесь перевозить?
— Мебель, теплицу, оборудование. В общем, довольно много вещей.
— Продиктуйте адрес.
Я сообщила расположение дачи, договорилась о времени и завершила разговор. В этот момент на кухню заглянул Егор, уже собранный в школу.