— Ты вообще заметила, в каком наряде притащилась эта деревенская простушка, тётка твоего Дениса?! Платье из дешёвого ситца, будто купленное на базаре лет тридцать назад, и туфли, которые давно пора выбросить! Господи, она своим убогим видом испортит нам все свадебные снимки!
Пронзительный голос двадцатипятилетней Камиллы, сегодняшней невесты, разносился по просторной женской уборной роскошного загородного ресторана «Версаль», отражаясь от блестящих кафельных стен.
Шестидесятидвухлетняя Надежда Васильевна, случайно остановившаяся за плотной бархатной занавесью неподалёку от выхода на летнюю террасу, словно окаменела. Её пальцы, украшенные стареньким потемневшим обручальным кольцом, неподвижно замерли на ремешке небольшой кожаной сумки.
— Камиллочка, дорогая, зачем так нервничать? — протянула свидетельница, поправляя тугой корсет, который жалобно хрустнул. — Мы ведь всё предусмотрели. Эту старушенцию специально определили за седьмой стол, подальше от приличных людей, возле кухонного прохода и туалетов. Там такой тёмный угол, что фотограф даже случайно её не снимет. Поест салатика, запьёт компотом и покатит обратно в свою глушь на пригородном поезде.
— Да меня бесит уже одно её присутствие! — возмущалась Камилла, с раздражением припудривая нос перед огромным зеркалом. — Представляешь, Денис ещё предлагал посадить её во втором ряду, практически рядом с моими родителями! Он вообще соображает, что несёт?! Мой отец занимает пост вице-президента крупного логистического холдинга, мама работает в министерстве! Здесь собрались банкиры, депутаты, влиятельные бизнесмены! И посреди всего этого великолепия будет торчать деревенская тётка с натруженными руками! Наверняка сунет в подарок какую-нибудь жалкую тысячу в старом конверте или дешёвые полотенца с рынка! Позорище!
В этот момент дверь осторожно отворилась, и в проёме показался двадцатисемилетний жених.
Денис был одет в элегантный итальянский смокинг, ради покупки которого пришлось оформить кредит. Однако дорогой костюм ничуть не прибавлял ему уверенности: сейчас молодой мужчина напоминал перепуганного школьника.
— Камилла, пожалуйста, говори потише, — растерянно попросил он. — Вдруг тётя Надя услышит? Она ведь мне вместо матери была после маминой смерти. Она одна меня воспитывала! Даже свою дачу продала, лишь бы оплатить первый год моей учёбы в университете!
— Закрой рот, Денис! — взвизгнула Камилла, пронзив жениха ледяным взглядом. — И запомни хорошенько: свадьбу на две сотни приглашённых оплачивает мой папа! Ты вошёл в нашу семью практически без гроша за душой! Поэтому не вздумай здесь устанавливать собственные правила! Твоя обязанность — улыбаться нашим гостям и быть благодарным! А твои деревенские родственники должны радоваться уже тому, что их вообще допустили к бесплатному угощению! Всё, иди в зал, люди давно собираются!
По мраморному полу застучали высокие каблуки. Девушки удалились, продолжая весело переговариваться, и вскоре их голоса окончательно стихли.
За занавеской Надежда Васильевна с трудом сделала глубокий вдох. Сердце мучительно сжалось, будто его проткнули холодной металлической иглой.
Да, её одежда действительно не отличалась роскошью.
На женщине было сдержанное тёмно-синее платье без стразов, кружев и дорогих украшений. Несколько лет назад она заказала его у знакомой портнихи к школьному юбилею. В той самой школе Надежда Васильевна тридцать пять лет преподавала физику. На ногах были удобные мягкие туфли, тщательно вычищенные и отполированные.
Но она преодолела четыреста километров вовсе не ради демонстрации богатства.
Она приехала, чтобы разделить счастливый день единственного племянника, которого растила практически как родного сына.
Денису исполнилось десять, когда страшная автомобильная авария унесла жизнь его матери — родной сестры Надежды Васильевны. С того дня вся ответственность за мальчика легла на плечи одинокой женщины.
Каких только трудностей ей не пришлось пережить!
После уроков она бегала по ученикам, занималась репетиторством, по вечерам отмывала лестничные клетки сразу в трёх многоквартирных домах. Иногда возвращалась домой настолько измученной, что едва могла стоять на ногах.
Она отказывала себе в новой одежде, хороших продуктах, отдыхе и даже в простых маленьких радостях. Каждый сэкономленный рубль откладывала ради Дениса.
Ей хотелось, чтобы мальчик вырос образованным, достойным человеком и никогда не чувствовал себя обделённым из-за отсутствия родителей.
А примерно шесть месяцев назад случилось неожиданное событие.
Государство наконец перечислило Надежде Васильевне крупную компенсацию за земельный участок, который когда-то принадлежал её покойному отцу. Через эту землю теперь должна была пройти федеральная автомобильная трасса.
Сумма оказалась весьма значительной.
И женщина ни минуты не сомневалась, как ею распорядиться.
Она расстегнула свою скромную сумочку.
На самом дне лежал красивый белый конверт из плотной бумаги. На лицевой стороне золотом была вытиснена эмблема официального автомобильного дилера.