В конце года муж сообщил мне, что все билеты на самолёт уже раскуплены, поэтому другого выхода у нас якобы нет — придётся почти пятьдесят часов добираться домой на поезде с несколькими пересадками.
Я была на шестом месяце беременности.
И почти всю дорогу должна была провести без нормального места, пока мой муж и жена его брата удобно расположились в комфортном спальном купе.
Они ещё и посмеивались:
— Немного постоишь! Ха-ха!
Я улыбнулась.
А на первой крупной остановке просто вышла из вагона.
И назад уже не вернулась.
Когда они наконец добрались домой, то замерли, едва увидев меня…
ЧАСТЬ 1
— Ничего страшного, можешь немного постоять, — равнодушно бросил мой муж Андрей.
В холодном декабрьском воздухе его дыхание превращалось в белый пар.
— Ты же беременная. Считай, это лёгкая физическая нагрузка.
Он говорил об этом так спокойно, будто унижать собственную беременную жену было совершенно нормальным делом.
В руке, затянутой в кожаную перчатку, Андрей держал два билета в удобное спальное купе на нашу долгую дорогу домой.
Именно два.
Рядом с ним стояла жена его брата — Наталья.
На ней было дорогое светлое пальто, которое, вероятно, стоило больше моей первой машины.
— Ой, Лена, мне так неловко, — приторно произнесла она.
Но уголки её губ выдавали довольную улыбку.
— Просто меня ужасно укачивает в долгих поездках. Ты ведь понимаешь.
Я молча смотрела на неё.
Андрей уверял меня, что из-за предновогоднего ажиотажа ему удалось достать только два нормальных билета на нужное направление.
И, по его мнению, он придумал просто «идеальное» решение.
Его жена на шестом месяце беременности как-нибудь справится.
А он вместе с Натальей спокойно отдохнёт в тёплом удобном купе.
Я не спорила.
Не повышала голос.
Не устраивала скандал.
Только кивнула.
Андрей воспринял моё молчание как доказательство того, что я всё ещё остаюсь той послушной и удобной женой, к которой он привык за годы нашего брака.
Он довольно улыбнулся.
И это стало его первой ошибкой.
Прошло примерно пятнадцать минут после отправления.
Я стояла рядом с тамбуром, держась рукой за поручень.
За дверью завывал ледяной ветер.
Вагон покачивался под ногами.
А ребёнок внутри меня легко толкнулся.
Я положила ладонь на живот.
— Всё хорошо, малыш, — тихо прошептала я.
Хотя сама уже не была уверена, что всё действительно хорошо.
И именно в этот момент завибрировал телефон.
Сообщение от Андрея.
Я открыла его.
«Я забыл купить еду. На следующей станции быстро выйди и возьми нам что-нибудь горячее. Мы с Натальей пока немного поспим».
Я перечитала сообщение.
Потом ещё раз.
Он уже оставил беременную жену без нормального места.
А теперь ещё ожидал, что я буду носиться по вокзалу и покупать им еду.
Я смотрела на экран.
Сначала старалась не реагировать.
А потом неожиданно рассмеялась.
Тихо.
Странно.
Почти неконтролируемо.
Женщина, проходившая мимо по коридору, даже обернулась.
Я прикрыла рот рукой.
Потому что внезапно поняла одну очень простую вещь.
Мне больше не было больно.
Мне стало смешно.
Не потому, что ситуация была забавной.
А потому, что Андрей настолько привык к моей покорности, что даже не мог допустить одну мысль:
я могу просто перестать выполнять его указания.
По громкой связи объявили следующую крупную станцию.
Я посмотрела в окно.
За стеклом кружился снег.
Мимо проплывали заснеженные дома, фонари и тёмные деревья.
Я взяла сумку.
Проверила телефон.
Документы.
Кошелёк.
И ещё одну вещь.
Плотный жёлтый конверт.
Он лежал на самом дне сумки.
Я коснулась его пальцами.
И улыбнулась.
Андрей даже не подозревал, что я везу его с собой.
Когда поезд начал сбрасывать скорость, я направилась к выходу.
На платформе стоял мороз.
Снег хрустел под ногами пассажиров.
Двери открылись.
Я вышла.
Не стала искать Андрею горячую еду.
Не побежала за кофе для Натальи.
Не искала бутерброды.
Я просто отошла от вагона.
Остановилась.
И посмотрела на поезд.
Через несколько минут двери закрылись.
Состав медленно тронулся.
Я стояла на заснеженной платформе и наблюдала, как один вагон за другим проходит мимо меня.
Где-то там, в тёплом купе, мой муж отдыхал рядом с Натальей.
Возможно, они шутили обо мне.
Возможно, были уверены, что я сейчас бегаю по вокзалу с пакетами еды.
А может, вообще обо мне не вспоминали.
Ничего.
Впереди у них была ещё очень долгая дорога.
А у меня — совсем другой маршрут.
Я дождалась, пока последний вагон растворится в снежной темноте.
После этого развернулась.
Достала телефон.
И вызвала машину до ближайшего аэропорта.
Да.
Именно до аэропорта.
Потому что билеты существовали.
Я проверила это ещё накануне.
Андрей соврал.
Рейсы действительно были почти заполнены, но несколько мест всё ещё оставались в продаже.
Стоили они дороже обычного.