Свекровь уже успела составить расчёты на ремонт дачи и рассуждала о моих деньгах так, словно вопрос давно решён. Игорь был уверен лишь в одном: перед посторонними я не стану с ним спорить.
— Ремонт в своей квартире ты делать не будешь. Я запрещаю. Мама тоже против, — заявил Игорь и отодвинул чашку в сторону.
Он сидел напротив меня за кухонным столом. Между нами лежали подписанный договор с ремонтной бригадой и список материалов, которые требовалось приобрести до понедельника.
Я только что сообщила ему, что Сергей будет у нас к девяти утра вместе с двумя рабочими. Первым делом они снимут старые обои и демонтируют плитку в ванной комнате, а затем придёт электрик и займётся старой проводкой.
Я положила ручку рядом с бумагами.
— А твоя мама какое отношение имеет к ремонту в моей квартире?
— Я сегодня был у неё. Мы всё подробно обсудили.
Мне сразу резануло слух это уверенное «мы».
— И что именно вы успели обсудить?
— Что ремонт здесь сейчас совершенно не нужен. Деньги гораздо разумнее вложить в дачу.
— В вашу дачу?
— В нашу семейную дачу, Лена, — с нажимом поправил меня Игорь. — Там веранда протекает, два окна давно пора менять. Мама одна такие расходы просто не вытянет.
Я закрыла папку с документами.
Проводка в квартире, доставшейся мне от бабушки, была едва ли не старше нашего брака. Розетка в прихожей держалась буквально на одном шурупе. На кухне мы уже давно не рисковали одновременно включать микроволновку и электрический чайник. А возле ванной с наступлением холодов снова начал темнеть шов вокруг трубы.
Я вовсе не собиралась превращать квартиру в роскошные апартаменты. Мне хотелось всего лишь привести жильё в нормальное состояние и наконец перестать ежегодно чинить одно и то же.
— И какое отношение ваша дача имеет к моему договору с рабочими?
— Самое прямое. Деньги, — Игорь несколько раз постучал пальцем по столешнице. — Ты сейчас собираешься спустить огромную сумму на плитку, обои и стены, хотя здесь вполне можно жить.
— Можно. Только я больше не хочу жить именно так.
Игорь слегка покачал головой и улыбнулся снисходительно, будто я устроила драму из-за оттенка новых штор.
— До весны с квартирой ничего не произойдёт. Не развалится же она.
— Рабочие начинают в понедельник.
— Значит, завтра позвонишь и всё отменишь.
Я спокойно посмотрела ему в глаза.
— Почему?
— Потому что так будет правильнее. Я против. Мама тоже против.
Именно тогда он и произнёс это своё «запрещаю».
Причём сильнее всего меня задело даже не само слово. Меня поразило, насколько естественно рядом с его решением возникло мнение Тамары Павловны. Будто двух фраз — «я против» и «мама против» — вполне достаточно, чтобы подписанный мной договор, мои планы и несколько недель подготовки мгновенно перестали иметь какое-либо значение.
Я медленно кивнула.
— Хорошо. Я тебя услышала.
На лице Игоря появилось явное облегчение. Он откинулся на спинку стула.
— Вот и молодец. Наконец-то хоть один вопрос решили без твоих бесконечных споров.
Он поднялся и ушёл в комнату.
Я осталась сидеть за столом.
С Тамарой Павловной отношения у нас и раньше складывались непросто. Она обожала давать советы по любому поводу: какую стиральную машину нам следует купить, куда лучше ехать отдыхать, стоит ли менять старый диван, если тот, по её словам, «ещё вполне целый». Игорь почти всегда начинал одинаково: «Мама плохого не посоветует».
Я возражала. Иногда спорила. Иногда соглашалась только потому, что вопрос не стоил двух вечеров напряжённого молчания и кислых лиц.
Наверное, именно поэтому Игорь теперь был абсолютно уверен, что разговор закончен.
Я снова открыла папку, нашла договор и проверила дату и время выхода бригады.
Отменять ничего я не собиралась.
В субботу после обеда к нам пришла Тамара Павловна. И явно не просто заглянуть «на пять минут». Под мышкой она несла прозрачную пластиковую папку. Я догадалась о её содержимом ещё до того, как свекровь успела снять пальто.
— Леночка, я тут всё подсчитала, — сообщила она прямо с порога, а затем выложила на стол два заполненных листа. — Вот замена окон. Здесь веранда. Если не брать самые дорогие материалы, получится вполне приемлемая сумма для нашего бюджета.
Она по-хозяйски придвинула расчёты ко мне.
В таблице были указаны размеры, цены и телефонные номера двух мастеров. Возле одной из строк красовалась приписка: «Стоимость действует до конца месяца».
Игорь стоял возле холодильника, скрестив руки на груди. Вид у него был такой, словно перед нами находился уже практически утверждённый семейный проект, а от меня требовалась лишь формальная подпись.
— Видишь? — произнёс он. — Я же говорил тебе, мама просто так словами не бросается. Всё посчитала нормально.
— А когда вы вообще успели всем этим заняться?
Тамара Павловна поправила очки.
— Да какая разница, когда именно? Игорь вчера заезжал, мы с ним всё примерно подсчитали. Ты ведь свой ремонт всё равно решила перенести. Поэтому мы и подумали, сколько можно успеть сделать на даче до холодов.