Побег
Мужчина долго пытался объяснить своей любимице Сильве, что вовсе не собирается её оставлять. Что любит её по-прежнему… Но маленькая чёрно-белая кошка беспокойно смотрела ему прямо в глаза и жалобно тянула своё «мяу»…
Он был доктором наук и преподавал в одном крупном, весьма уважаемом университете — читал студентам курс археологии.
А летом, а порой и в другое время года, отправлялся на раскопки. Ну где вы, дамы и господа, видели археолога, который не стремится хоть немного покопаться в земле?
К тому же работа на историческом факультете, знаете ли, обязывала.
Так вот…
Именно из одной такой экспедиции он однажды и привёз домой крошечную чёрно-белую кошечку. Нашёл её прямо возле раскопок: малышка дрожала у его палатки и жалась к брезентовой стенке.
Дома Сильва освоилась почти мгновенно и быстро поняла, как устроена жизнь. Она решила, что является здесь законной хозяйкой, а от своего человека ждала беспрекословного послушания. О чём регулярно сообщала ему громким и требовательным голосом.
Он только улыбался, гладил её и со всем покорно соглашался…
Прошёл год, и снова пришла пора собираться в экспедицию. На этот раз путь был недальний — всего в каких-то двух сотнях километров от города обнаружили черепки. Для обычного человека это просто бесполезные осколки глины, а для археолога — почти праздник.
Впрочем, ладно. История сейчас совсем не о черепках…
Больше всего на свете Сильва любила спать на его кожаном чёрно-белом диване — чем-то напоминавшем зебру. Выбор странный, вкус тоже, но кто я такой, чтобы судить кошку?
Перед отъездом он договорился с соседкой, что та будет каждый день заходить в квартиру — кормить Сильву, менять песок, наливать воду и хотя бы немного с ней разговаривать…
Соседка была дамой бальзаковского возраста, но отчаянно старалась молодиться и выглядеть лет на тридцать. Получалось, надо сказать, не слишком убедительно.
Поэтому очки с толстыми линзами она надевала лишь в тех случаях, когда иного выхода уже не оставалось или когда рядом никого не было. В остальное время ходила без них и близоруко щурилась.
Так вот… Мужчина предложил ей за заботу вполне приличную сумму. Всего-то на месяц. Дама согласилась очень охотно.
Он долго объяснял своей дорогой Сильве, что не бросает её. Что очень любит. Что уезжает по работе, что сам бы остался, но обстоятельства, увы, сильнее его.
Маленькая чёрно-белая кошечка тревожно глядела ему в лицо и жалобно мяукала.
— Ну не разрывай ты мне сердце, — вздохнул он и прижал к груди свой драгоценный пушистый комочек.
В день отъезда Сильва металась по квартире, словно обезумевшая, и отчаянно кричала. Археолог уезжал с тяжёлым сердцем.
Но соседка пообещала каждый день присылать ему видео с любимой кошкой и даже включать телефон, чтобы он мог сказать Сильве пару слов и хоть немного её успокоить…
Надо вам пояснить, дамы и господа, что подобные экспедиции были частью его работы. Туда выезжали студенты, помогали на раскопках, а затем писали отчёты, которые он, разумеется, проверял.
Так что отказаться было совершенно невозможно. Да и как бы это вообще выглядело?
— Я не могу ехать, потому что моя кошка против…
— Простите? Что вы сказали? Кошка?!
— Нет-нет, что вы. Это я так… пошутил…
— А-а-а. А то я уже решил, что с вами что-то не так.
Примерно такой разговор вполне мог бы состояться с профессором, заведующим кафедрой.
Ну, так вот…
Уже на следующий день соседка взялась выполнять поручение.
Пришла, сменила водичку, проверила корм, песок и начала приставать к Сильве со своими нежностями.
От этого у кошки, которая и без того переживала сильнейший стресс, сформировалась устойчивая неприязнь к этой женщине…
И вот через несколько дней соседка, исправно навещавшая квартиру археолога и делавшая всё, что было нужно, вдруг поняла, что уже довольно давно не видела саму кошечку.
Она надела очки и принялась тщательно обыскивать всю квартиру, призывая на помощь всех святых и, разумеется, саму Сильву.
В ответ — тишина…
— О Господи, — простонала соседка и вышла во двор, где начала расспрашивать всех встречных соседей.
Один из них сказал, что вроде бы действительно видел похожую кошку во дворе пару дней назад.
Ломая руки и пытаясь понять, каким образом Сильва могла проскользнуть мимо её ног в открытую дверь, соседка ещё несколько дней продолжала поиски.
Без всякого результата…
Что было делать? Пришлось звонить мужчине и рассказывать о случившемся.
Археолог был потрясён. Студенты и другие преподаватели, которые тоже находились на раскопках, начали его утешать.
А один из коллег, у которого имелись знакомые в волонтёрской организации, пообещал связаться с ними и попросить помочь в поисках Сильвы.
Особенно переживали студентки и преподавательницы. Они видели, насколько сильно расстроен археолог, и не могли оставаться равнодушными.
Женское сердце в таких случаях отзывается особенно быстро. А может…
Может, дело было в том, что они внезапно разглядели в нём не только преподавателя, но и обычного живого человека.
Однако бросить раскопки и уехать домой он не мог. Помните, я уже говорил? Это была часть его работы…
В общем, всю неделю всё буквально валилось у него из рук, а в выходной день, когда он подходил к своей палатке, очки соскользнули с носа, а сам он споткнулся и едва не упал.
Прямо у входа в его палатку сидела она!
Его Сильва!!!
Он вскрикнул и бросился к ней. Схватил на руки, прижал к груди, уткнулся лицом в её шерсть и начал говорить что-то нежное, сбивчивое и совершенно бессмысленное.
Студенты и преподаватели стояли вокруг и умилялись.
Студентки и преподавательницы плакали.
А одна преподавательница, тоже с исторического факультета, посмотрела на него особенно внимательно и подумала:
«Чёрт возьми…»
Не удивляйтесь. Женщины, работающие на раскопках, умеют не только крепко выражаться, но и при необходимости употреблять крепкие напитки — иначе в таких условиях никак.
Так вот. Она подумала:
«Чёрт возьми, какой же он интересный мужчина. И почему я раньше его не замечала?»
Все вокруг были поражены. Как эта маленькая кошка смогла найти своего человека? Как?
Она не знала дороги. Она не могла преодолеть такое расстояние. Как она вообще осталась жива?
В итоге все пришли к одному выводу: если эта малышка проделала такой путь ради своего человека, лишь бы быть рядом, значит, мужчина и правда особенный.
И тут в глазах студенток вспыхнул какой-то странный огонёк. А та самая преподавательница взяла бутылку виски и, показав студенткам средний палец, направилась в палатку археолога.
Обсудить план раскопок, вероятно… Ну и вообще, поговорить о жизни.
Да…
Но на этом история не закончилась. Совсем не закончилась.
Дело в том, что ещё через неделю соседка позвонила мужчине и начала сквозь слёзы извиняться и что-то объяснять.
Археолог сперва ничего не мог понять:
— Пожалуйста, — сказал он, — спокойно и по порядку.
По мере того как соседка говорила, его глаза становились всё круглее от удивления. Дважды он даже выронил телефон из рук.
— Этого просто не может быть, — сказал он соседке. — Она же пришла сюда. Я сейчас отправлю вам фото…
— Уверяю вас, — ответила соседка и добавила: — Я тоже сейчас пришлю снимок.
Когда археолог сравнил две фотографии, его глаза, казалось, ещё сильнее полезли из орбит.
На снимках были две абсолютно одинаковые кошки. Просто как две капли воды! До самых мелких деталей.
Студенты и преподаватели бросили работу и стали передавать телефон археолога друг другу из рук в руки. Все строили догадки.
А мужчина объяснял:
— Она говорит, что на самом деле… Сильва всё это время лежала на моём диване и никуда вообще не уходила! Просто без очков она её не видела…
А когда наконец надела очки и внимательно посмотрела именно на диван, а не просто по сторонам в квартире, то сразу заметила — кошка всё это время была на месте.
И что мне теперь делать?…
— Ну а что тут думать? Можете отдать кошку мне, — почти одновременно заявили несколько человек.
На что археолог ответил им весьма красноречивым жестом.
Так вот, теперь у него дома живут две Сильвы.
Он решил, что переименовывать никого не будет. Как уж получилось, так пусть и остаётся. Тем более он сам не имеет ни малейшего понятия, которая из них кто.
Обе Сильвы вьют из него верёвки. Но всё это прекращается, когда домой приходит та самая преподавательница.
Теперь они живут вместе.
Вот только Сильвы укладываются на кровати прямо между ними и требуют внимания, ласки и уважения к своей кошачьей важности.
И что, скажите на милость, с этим прикажете делать?…
Иногда, когда мужчина или его жена зовут:
— Сильва! Сильва!
Прибегают обе кошки и тут же начинают выяснять отношения. Кто из них настоящая?
Хотя, впрочем, какая разница? Он кричит им:
— Девочки! Не ругаться!
И обе успокаиваются. Потому что любят их одинаково.
Да и правда: какая разница, кто из них Сильва первая, а кто Сильва вторая?
Вот такая история.