Я работаю ведущим инженером-интегратором в компании, которая занимается проектированием и установкой дорогих систем «умного дома». Моя квартира уже давно перестала быть обычным жильём. Для меня это личный полигон, где каждая мелочь подчиняется заранее прописанным сценариям. В доме нет привычных выключателей, а входная дверь весит почти двести килограммов и открывается только после биометрической проверки. Освещение, климат, шторы, музыка, замки — всё завязано на единый сервер, который я собрала, настроила и запрограммировала сама.
Вадиму, моему гражданскому мужу, было тридцать восемь. Он трудился в каком-то мутном консалтинге, всегда появлялся в безупречно выглаженных костюмах и обожал производить впечатление на людей. Когда он переехал ко мне, моя система «умного дома» буквально привела его в восторг. Ему нравилось с важным видом отдавать голосовые команды: «Открой шторы!», «Включи джаз!» — и в такие моменты он, кажется, ощущал себя как минимум Тони Старком. Я дала ему гостевой доступ в приложение, чтобы он мог пользоваться основными функциями, но права администратора, конечно же, оставила только за собой. В системе безопасности у меня был специальный режим — «Карантин». Я создавала его на случай ограбления. При запуске этого протокола тяжёлые электронные ригели намертво блокировали выбранные двери, на окна опускались бронированные жалюзи, а все настенные панели управления становились бесполезными.
Я даже подумать не могла, что однажды включу этот режим против мужчины, с которым делила одну кровать…
Это случилось в четверг вечером. Я должна была лететь в Казань на большой IT-форум, где меня пригласили выступить спикером. Вадим провожал меня так нежно, будто был самым заботливым мужчиной на свете. Он поцеловал меня в прихожей, поправил воротник моего пальто и сказал:
— Удачного выступления, малышка. Буду скучать. Я немного поработаю над проектом, закажу ужин и рано лягу. Позвони, как приземлишься.
Я села в такси и поехала в аэропорт. Над Москвой уже собирались тяжёлые тёмные тучи. Едва я прошла досмотр и оказалась в чистой зоне, как на телефон пришло сообщение от авиакомпании: из-за надвигающейся грозы и сильного ветра все рейсы задерживаются минимум на четыре часа, а мой и вовсе перенесён на утро.
Я только выдохнула, взяла кофе и устроилась в бизнес-зале, открыв ноутбук, чтобы ещё раз просмотреть презентацию.
Прошло около двух часов. За стеклянными стенами терминала лил дождь. И вдруг мой телефон, лежавший рядом на столике, коротко завибрировал.
На экране появилось push-уведомление от домашнего сервера:
«Внимание. Обнаружено движение в Зоне 1 (Прихожая). Авторизация: Пин-код (Вадим). Распознано лиц: 2. Лицо 2 не идентифицировано».
Я нахмурилась. Какие гости могли появиться почти в одиннадцать вечера?
Я открыла приложение и вывела изображение со скрытой камеры в прихожей. Картинка была чёткой, почти студийного качества.
Посреди моей прихожей стоял Вадим. Рядом с ним смеялась какая-то девушка, стряхивая с зонта дождевые капли. На вид ей было лет двадцать два: пухлые губы, нарощенные ресницы, обтягивающее платье.
Вадим уверенно снял с неё пальто и бросил его на мою итальянскую банкетку так, будто это была его собственная квартира.
— Проходи, крошка, — произнёс он лениво и самодовольно, а микрофоны передали каждый звук. — Добро пожаловать в мою берлогу. Я тут всё сам проектировал.
— Вау! — девушка огляделась по сторонам, восхищаясь интерьером. — Вадик, как тут классно! А мы точно будем одни? Твоя… ну, эта… точно не вернётся?
— Алина? — он усмехнулся. — Она уже где-то над Нижним Новгородом. У неё там свои компьютерные штучки. Забей. Сегодня есть только мы.
Я смотрела на экран смартфона, и внутри у меня всё сжалось в горячий, плотный ком из злости и адреналина. Мужчина, который всего пару часов назад нежно целовал меня на прощание, привёл в МОЮ квартиру какую-то девицу, открыл МОЁ вино — я видела, как он достал бутылку коллекционного Бароло, которую я привезла из Пьемонта, — и выдавал МОЙ дом за свой.
Они прошли в гостиную. Выпили. Начали целоваться на моём диване. Затем Вадим взял её за руку и повёл к спальне. В мою спальню. Туда, где лежало моё шёлковое постельное бельё.
Они вошли внутрь. Дверь закрылась…
Я сидела в кресле аэропортового бизнес-зала и слушала объявления о задержанных рейсах. Пальцы зависли над экраном телефона. Я могла позвонить ему и устроить скандал. Могла сразу вызвать полицию. Но всё это казалось слишком банальным. Слишком примитивным для человека, который два года жил за мой счёт и при этом считал себя гением обмана.
Я вошла в администраторскую панель. Ввела мастер-пароль.
Открыла раздел «Мастер-спальня».
Нажала: «Протокол: Карантин».
Система вывела предупреждение: «Внимание. Электронные и физические ригели будут заблокированы. Локальное управление будет отключено. Подтвердить действие?»
Я нажала «Да».